Главная » Книги

Руссо Жан-Жак - Эдуард Жакеон, Милли и Ж. Ж. Руссо

Руссо Жан-Жак - Эдуард Жакеон, Милли и Ж. Ж. Руссо


  

Эдуардъ Жакеонъ, Милли и Ж. Ж. Руссо.

(Истинное произшеств³е (*)* )

  
   *) Описанное самимъ Жанъ-Жакомъ Руссо въ одномъ письмѣ, которое нигдѣ еще не было напечатано и которое Сочинитель прилагаемаго здѣсь отрывка читалъ въ манускриптѣ. Ж.
  
   Было время, когда Англичане играли cамыя благородныя роли въ романахъ своихъ сосѣдей: одинъ изъ первыхъ героевъ новой Элоизы есть Анличанинъ, Эдуардъ Беметонъ. И надобно признаться, что Англичане были достойны того уважен³я, которое показывала имъ вся Европа. До половины осьмагонадесять столѣт³я великодуш³е, твердый и неистраченный предразсудками умъ и сильное чувство собственнаго достоинства были отличительными чертами ихъ характера. Теперь, естьли вѣрить знающимъ людямъ, оставались только немног³е и почти изглаженные слѣды сего великаго характера. Ужасный человѣкъ, который, въ пользу неограниченнаго своего самовласт³я, уничтожилъ свободу Британ³и и замыслами ненасытнаго честолюб³я приготовилъ ту пропасть, въ которую непремѣнно, рано или поздо, его отечество низринется, развратилъ въ тоже время и нравы соотечественниковъ своихъ, которыхъ чистотою они всегда отличались отъ другихъ народовъ Европы. Потомство отмститъ за Британн³ю; потомство (естьли только наше обвинен³е окажется справедливымъ) напишетъ имя его на той ужасной страницѣ, на которой стоятъ имена Пизистратовъ и Катилинъ; a Историкъ, изображая въ немъ великаго человѣка? съ прискорб³емъ долженъ будетъ произнести: "его велич³е подавило Британн³ю; его могущество было уничижен³емъ согражданъ: удивляйтесь, но трепещите:" Падающая нац³я - какое ужасное зрѣлище! Отвращаю съ прискорб³емъ взоры мои.
  

*

  
   Эдуардъ Жаксонъ, по характеру своему былъ истинный Британецъ (но Британецъ прежняго времени); онъ имѣлъ высокую душу, ясный, дѣятельный и важный умъ, необыкновенную твердость духа и пламенную любовь къ свободѣ. Отецъ его былъ сельск³й Священникъ, и человѣкъ очень бѣдный; воспитывая Эдуарда, онъ почиталъ необходимымъ обогатить разсудокъ его нужными свѣден³ями, но еще болѣе старался поселить въ его душѣ ту силу, которая одна составляетъ истинный характеръ мужа, слѣдовательно способность желать рѣшительно того, что сердце и размышлен³е наименовали справедливымъ, способность неподчинять себя чужой волѣ, или смѣло ее отвергать, когда она требуетъ неправды, и наконецъ способность не перемѣнять благоразумнаго и одинъ разъ твердо принятаго намѣрен³я ни для какихъ видовъ честолюб³я или низкой корысти. "Эдуардъ, говорилъ онъ ему часто? умѣй или находить самъ или пренебрегать дары Фортуны: тогда не будешь ни ослѣпленъ ея блескомъ, ни пораженъ ея утратою, но будешь прямо свободенъ, что бы ни сотворила съ тобою судьба."
   Эдуардъ употребилъ въ пользу наставлен³я мудраго отца. Правда, что сердце его расположено было къ мечтательности, что необходимо должно случишься, когда молодая, начинающая только разцвѣтать душа наполняется правилами опытной старости; за то на шестнадцатомъ году возраста имѣлъ онъ такой твердый и совершенно образованный характеръ, какой не мног³е имѣютъ и въ сорокъ лѣтъ. Богатый дядя, живш³й въ Лондонѣ, принялъ его къ себѣ въ домъ и поручилъ ему управлен³е нѣкоторыхъ торговыхъ дѣлъ. Добродуш³е, всегдашняя веселость, постоянное трудолюб³е, откровенность и ясный разсудокъ Эдуарда сдѣлали его въ скоромъ времени любимцемъ всего дома. Дядя гордился имъ и восхищалъ себя мысл³ю, что Эдуардъ составитъ нѣкогда щаст³е его дочери. Онъ же мысленно назначалъ его по себѣ наслѣдникомъ; но Эдуардъ, ничего не подозрѣвая и будучи весьма равнодушенъ къ прелестямъ опредѣленной ему невѣсты, продолжалъ очень спокойно трудиться, и занимаясь обыкновеннымъ дѣломъ, не составлялъ въ годовъ своей никакого мечтательнаго плана.
  

*

  
   Эдуарду было уже двадцать четыре года, когда онъ, по какому-то дѣлу, посѣтилъ одну бѣдную вдову, жившую весьма уединенно въ сакомъ предмѣст³и Лондона. Она имѣла дочь, молодую, прекрасную, и вмѣстѣ съ нею доставала рукодѣл³емъ скудное пропитан³е. Эдуардъ увидѣлъ Милли, и никогда еще въ жизни такое прелестное, восхитительное творен³е не представлялось его взору. Пламенная душа его не могла противиться той милой, дѣвственной непорочности, которая напечатлѣна была на лицѣ и во всѣхъ движен³яхъ Милли. Онъ началъ съ нею говорить: она отвѣчала съ тихост³ю, робко и стыдливо; но онъ не могъ не удивляться ея правильному разсудку и вѣрности ея чувства. Погруженный въ размышлен³е о томъ глубокомъ впечатлѣн³и, которое Милли произвѣла въ его сердцѣ, возвратился онъ домой - на другой день увидѣлся опять съ Милли, и въ продолжен³и четырехъ мѣсяцевъ видался съ нею каждой день, и сердце его мало по малу наполнялось нѣжнѣйшею страст³ю: онъ не говорилъ ни слова, но то нетерпѣн³е, съ какимъ ожидала его Милли, но та откровенная нѣжность, съ какою она его встрѣчала и съ нимъ обходилась, доказывали ясно, что любовь Эдуарда была ей извѣстна и что она ее раздѣляла. A Эдуардъ чувствовалъ, что онъ съ нею и только съ нею можетъ быть истинно щастливъ. И въ одинъ день является онъ къ своему дядѣ, очень свободно признается ему въ привязанности своей къ Милли и требуетъ, чтобы онъ согласился на ихъ супружество.
  

*

  
   Старикъ удивился. "Мой другъ! - сказалъ онъ Эдуарду - вспомни о своей бѣдности. Женившись такъ рано, непремѣнно ты лишишь себя вѣрнѣйшихъ способовъ составить свое щаст³е. Ахъ, Эдуардъ! прибавилъ онъ, прижавши его къ сердцу, a я надѣялся, что ты будешь моимъ сыномъ, что все мое имущество со временемъ будетъ принадлежать тебѣ вмѣстѣ съ моею дочерью: это было моею пр³ятнѣйшею надеждою!'* Слова старика тронули до глубины сердца Эдуарда; онъ обнялъ его съ горячност³ю, но остался непоколебимымъ. Она меня любитъ - говорилъ онъ - я искалъ ея сердца, и уже не имѣю права располагать собственнымъ. - Послѣ многихъ безполезныхъ увѣщан³й старикъ разсердился, и наконецъ сказалъ: оставь меня, неблагодарный! повинуйся безразсудной страсти, но съ этой минуты не знай моего дома. - Эдуардъ удалился. Онъ имѣлъ благодарное сердце; онъ чувствовалъ, сколь многимъ обязанъ былъ своему дядѣ, но также чувствовалъ и то, что нѣтъ благодѣян³я, за которое было бы можно пожертвовать щаст³емъ цѣлой жизни, справедливост³ю и чест³ю. И онъ не долго былъ въ нерѣшимости. "Я потерялъ любовь моего дяди - такъ разсуждалъ онъ самъ съ собою - что же? Я молодъ, имѣю силы, имѣю свѣден³я, могу трудиться! И дядя мой прежде былъ бѣденъ: всѣ его богатства нажиты трудами. Одинъ только малодушный можетъ, опасаясь бѣдности, отказаться отъ истиннаго щаст³я; одна только низкая душа можетъ предпочесть деньги привязанности нѣжнаго, непорочнаго сердца.
  

*

  
   Эдуардъ побѣжалъ къ Милли. Она была въ страшномъ отчаян³и. Матери ея сдѣлался ударъ. Въ такихъ обстоятельствахъ не говорятъ о любви. Три дни раздѣлялъ онъ ея нѣжныя попечен³я о больной, и между тѣмъ не переставалъ заботиться объ исполнен³и новаго, составленнаго имъ плана, будучи твердо увѣренъ, что Милли не откажется дать ему сваю руку. На четвертый день приходитъ онъ къ ней опять - матери ея уже не было на свѣтѣ. "Что бы сдѣлалось теперь со мною, когда бы я не имѣла Эдуарда!" - воскликнула Милли, бросясь къ нему со слезами на шею. Эдуардъ прижалъ ее къ сердцу, "Милли, сказалъ онъ ей, ты почитала меня до сего времени богатымъ, но ты ошибалась: я жилъ въ домъ одного родственника. Теперь мы поссорились, и черезъ нѣсколько дней я оставляю Англ³ю. Согласишься ли ты за мною послѣдовать?! - На край свѣта послѣдую за Эдуардомъ, отвѣчала Милли, краснѣя. Эдуардъ прижалъ ея руку къ сердцу. Черезъ три дни послѣ погребен³я: матери она соединилась передъ олтаремъ Бож³имъ, a черезъ три дни послѣ брака сѣли на корабль, ибо Эдуардъ записался въ службу Остъ-Индской компан³и.
  

*

  
   Рука съ рукою стояли Эдуардъ и Милли на палубѣ и смотрѣли на удаляющ³еся берега Англ³и, которые скоро изчезли, какъ дымное облако, сливающееся вдали съ горизонтомъ. Безпредѣльное море ихъ окружило - они взглянули съ прискорб³емъ другъ на друга, обнялись нѣжнѣе обыкновеннаго, и молчали; но клятва, любить другъ друга вѣчно, была въ ихъ сердцѣ. Попутный вѣтеръ надувалъ паруса и быстро мчался корабль къ берегамъ Остъ-Инд³и. Долго ли продолжалось ихъ странств³е, сопряжено ли оно было съ опасностями - не знаю! Наконецъ они въ Калекуттъ.
  

*

  
   Эдуардъ получилъ мѣсто въ военной канцеляр³и: онъ жилъ очень уединенно съ своею Милли; никто ихъ не замѣчалъ; и бѣдность и склонности сердца удаляли ихъ отъ того роскошнаго, сибаритскаго образа жизни, который ведутъ въ восточной Инд³и Европейцы. Эдуардъ старался пр³умножить свои доходы, a бережливая Милли и малое обращала въ большое; она даже находила способъ откладывать по нѣскольку денегъ въ запасъ. Она не вела никакого знакомства съ роскошными женами другихъ Калекутскихъ чиновниковъ, вѣчно была дома; наслаждалась одною прелестною Природою Инд³и, которая нравилась ей своею новост³ю; и изрѣдка посѣщала нѣкоторыхъ своихъ сосѣдокъ, жившихъ, такъ же какъ и она, за городомъ, и, такъ же какъ и она, очень бѣдныхъ. Эдуардъ выполнялъ съ строжайшею точност³ю обязанности своего зван³я. Кончивъ дѣла въ канцеляр³и, спѣшилъ онъ въ свою убогую хижину, гдѣ ожидала его Милди, гдѣ заключено было все милое и священное для его сердца. Онъ не хотѣлъ заводить связи ни съ однимъ изъ своихъ товарищей, которые, замѣтивъ его дикость, наконецъ прозвали его чудакомъ, и совершенно его оставили. Объ Эдуардѣ вспоминали только тогда, когда надлежало для какого-нибудь важнаго дѣла употребить человѣка дѣятельнаго и вѣрнаго. Щастливецъ не замѣчалъ сего пренебрежен³я :- имѣя въ объят³яхъ своихъ Милли, могъ ли онъ цѣнить и почести и богатства?
  

*

  
   Извѣстно, что мужество, которымъ одарены бываютъ такъ называемые Герои, происходитъ не рѣдко отъ нѣкотораго жестокосерд³я, отъ нѣкоторой нечувствительности, которыя, поддерживаемы будучи страст³ю, скрываютъ отъ насъ и препятств³я и опасности, когда мы стремимся къ своей цѣли. Извѣстно, что люди, рожденные покорствовать, болѣе другихъ ослѣпляются могуществомъ, и съ дикою необузданност³ю употребляютъ во зло ту силу которую пр³обрѣли мечемъ и кров³ю. Наконецъ извѣстно, что Британск³е Генералъ-Губернаторы Остъ-Инд³и превосходятъ своимъ самовласт³емъ и деспотизмомъ всѣхъ тѣхъ Набобовъ, y которыхъ они отымаютъ престолы. Этого довольно, чтобы дать вамъ нѣкоторое понят³е о характерѣ Лорда Кляйва, который изъ писаря сдѣлался Генераломъ и Перомъ, и наконецъ въ трет³й разъ посланъ былъ въ Калекутту съ полномоч³емъ Генералъ-Губернаглора Ост-Инд³и и съ правомъ употреблять строжайш³я мѣры для приведен³я въ порядокъ дѣла компан³и. Прибавимъ: этотъ человѣкъ, по многимъ отношен³ямъ необыкновенный, не имѣлъ никакого понят³я о той чести, которая пр³обрѣтается не оруж³емъ, былъ необузданный сластолюбецъ; почиталъ добродѣтель женщины мечтою, и вообще презиралъ людей, сдѣлавшись мрачнымъ меланхоликомъ отъ чрезвычайнаго развращен³я.
  

*

  
   Въ одинъ день, выѣхавъ за городъ, Кляйвъ увидѣлъ Милли сидящую y дверей своей хижины: ея миловидность, ея прелестный и величественный станъ поразили сластолюбиваго деспота. Онъ остановился и долго ею любовался, подобно тигру, который смотря изъ-за куста на прыгающую лань, готовитъ уже свои уб³йственныя когти. Милли покраснѣла и ушла въ хижину. Кляйвъ, приказавъ камердинеру своему освѣдомиться о прелестной незнакомкѣ, возвратился въ Калекутту, и въ тотъ же вечеръ сказали ему, что красавица была жена одного молодаго Европейца, который по бѣдности жилъ уединенно и занималъ низшее мѣсто въ военной конторѣ.
  

*

  
   Эдуардъ былъ въ городъ y своей должности. Милди сидѣла въ маленькомъ саду своемъ за работою. Въ эту минуту явился передъ нею камердинеръ Кляйва. Что онъ ей говорилъ, о томъ ни слова. На глазахъ Милли навернулись слезы; она поблѣднѣла, хотѣла обнаружить все презрѣн³е, которое чувствовала къ обольстителю; однако опомнилась, подумавъ, что Кляйвъ всесиленъ, и отвѣчала съ такимъ взоромъ, въ которомъ замѣтны были и негодован³е и робость: "скажите Его Превосходительству, что я увѣдомлю о его предложен³яхъ своего мужа, который конечно будетъ стараться заслужить его милость." Присланный, улыбнувшись съ насмѣшливымъ видомъ, удалился.
  

*

  
   Милли хотѣла его испугать - бѣдная голубка искала подъ крыломъ голубя спасен³я отъ когтей ястреба, но она только открыла ему новую жертву. Камердинеръ не понялъ значен³я словъ ея. Васъ просятъ, сказалъ онъ Лорду, чтобы вы сдѣлали всѣ нужныя услов³я съ мужемъ. "Эта женщина догадлива, подумалъ Кляйвъ, улыбнувшись злобно, согласенъ! Мы сдѣлаемъ услов³е и съ мужемъ. И Эдуарду приказано явиться немедленно къ Губернатору. Онъ приходитъ, изумленный неожиданнымъ требован³емъ и полный веселой надежды. Его ввели въ кабинетъ. Кляйвъ принялъ его съ притворнымъ дружелюб³емъ, и сдѣлалъ ему нѣсколько вопросовъ о его произхожден³и, состоян³и, службѣ. Узнавъ изъ отвѣтовъ Эдуарда, что онъ очень бѣденъ и живетъ однимъ только жалованьемъ, онъ сказалъ; не безпокойтесь! вы можете предвидѣть теперь, что состоян³е ваше должно перемѣниться. Вы обладаете такимъ сокровищемъ, которымъ не можете и не должны пользоваться одни...."
   - Эдуардъ посмотрѣлъ на него съ удивлен³емъ.
   "Вы имѣете жену - прелестную, восхитительную!"
   - Милордъ! воскликнулъ Жаксонъ, поблѣднѣвъ съ досады. Я имѣю честное имя и хочу его сохранить!"
   "Успокойся, мои другъ. Жена твоя мнѣ сказала, что я могу обо всемъ условиться съ тобою. Всѣ излишн³я околичности для меня несносны. Словомъ сказать я приготовлю для тебя прекрасную горницу въ моемъ домѣ; ручаюсь смѣло, что и я и ты и жена твоя останемся другъ другомъ довольны." Онъ всталъ и началъ прохаживаться взадъ и впередъ по комнатѣ.
   Жаксонъ долго не могъ собраться съ духомъ, долго не могъ найти словъ, наконецъ сказалъ съ притворнымъ спокойств³емъ: Милордъ! вашъ орденъ и ваше зван³е спасаютъ васъ отъ того отвѣта, котораго вы достойны. Знайте однако, что передъ вами стоитъ человѣкъ, который любитъ свою честь и умѣетъ отмстить за оскорблен³е жены своей.
   Съ этими словами Жаксонъ хотѣлъ выдти изъ кабинета; Лордъ схватилъ его за руку, осмотрѣлъ съ головы до ногъ и, спросилъ: ты не шутишь?
   - Прочь, безстыдный! воскликнулъ Жаксонъ оттолкнувъ его руку, оставь меня, или я все забуду!
   Онъ выбѣжалъ изъ кабинета; удержите его! закричалъ Кляйвъ. Жаксона окружили и силою ввели опять въ кабинетъ. Камердинеръ остался при немъ, а друг³е служители въ ближней комнатѣ. Кляйвъ нѣсколько минутъ ходилъ взадъ и впередъ, Жаксонъ стоялъ y дверей и смотрѣлъ на него съ презрѣньемъ. Наконецъ Милордъ остановился, устремилъ на него звѣрск³е, грозно сверкающ³е глаза, нѣсколько минутъ не говорилъ ни слова, потомъ сказалъ съ надмѣнност³ю неумолимаго деспота: безумецъ! развѣ ты забылъ, что я могу разполагать твоею жизн³ю, что я властенъ безъ всякихъ околичностей взять твою жену, a тебя бросить въ тюрьму и уморить въ ней съ голоду Выбирай! или завтра ты первый Секретарь Губернатора, или...
   - Чудовище! воскликнулъ Жаксонъ, схвативши Кляйва за горло, жизнь моя въ твоей власти - но...
   Его окружили и вытащили изъ кабинета.
   "Закуйте его въ цѣпи!" кричалъ Кляйвъ: отъ уб³йца, онъ хотѣлъ умертвить Губернатора; бросьте его въ тюрьму, и ни одинъ человѣкъ не смѣй сказать ему ни слова!"
  

*

  
   Между тѣмъ Милли сидѣла въ маленькомъ садикъ своемъ и ждала Эдуарда обѣдать; она еще не говорила ему о предложен³яхъ Губернатора, и сама не знала, говорить ли объ нихъ или нѣтъ. Опасаясь его вспыльчивость, и надѣясь, что сдѣланный ею отвѣтъ камердинеру Лорда все уже кончилъ, рѣшилась она молчать. Уже въ десятый разъ вышла она за ворота - но Эдуарда нѣтъ; выходитъ опять, и глазамъ ея представляется камердинеръ Кляйва. Она трепещетъ; посланный говоритъ: Его Превосходительство непремѣнно желаетъ васъ видѣть. Васъ поведутъ къ нему силою, естьли вы не согласитесь идти добровольно. - "Мой мужъ, восклицаетъ Милли..." - Вашъ мужъ брошенъ въ тюрьму; онъ Государственный преступникъ. - Милли упала въ обморокъ; ее положили въ паланкинъ, и она еще не совсѣмъ пришла въ чувство, когда внесли ее въ кабинетъ Лорда Кляйва.
  

*

  
   Опомнившись, увидѣла она себя на софѣ. Милордъ сидѣлъ передъ нею на креслахъ: - "Гдъ Эдуардъ? воскликнула Милли, бросясь къ дверямъ. Лордъ взялъ ее за руку, остановилъ и сказалъ: успокойся, моя милая". Онъ хотѣлъ поцѣловать ее, но Милли, оттолкнувъ его съ ужаснымъ негодован³емъ, закричала: Эдуардъ! Эдуардъ! спаси меня отъ когтей этого чудовища! - Въ грубой душъ сластолюб³е неразлучно съ жестокост³ю и распаленная чувственность очень быстро превращается въ бѣшенство. Безумная! сказалъ Милордъ, сверкая злобно глазами, твой Эдуардъ въ цѣпяхъ! онъ осмѣлился наложить на меня руку! отъ тебя одной зависитъ теперь его спасен³е! скажу слово, и онъ будетъ разстрѣлянъ передъ глазами твоими. Ахъ, Эдуардъ! о правосуд³е небесное! кричала Милли, усиливаясь отворить дверь, но она заперта была на замокъ. Милордъ съ жестокимъ хладнокров³емъ вынулъ изъ кармана часы, поднесъ ихъ къ глазамъ Милли, потомъ положилъ на столъ и сказалъ: я возвращусь къ тебѣ черезъ четверть часа - подумай! слово твое рѣшитъ судьбу Эдуарда. Онъ пошелъ въ двери; Милли хотѣла выбѣжать въ слѣдъ за нимъ, но онъ втолкнулъ ее въ горницу сильною рукою, захлопнулъ за собою двери. Милли бросилась на колѣни и призывала Небо на помощь. Вдругъ мелькнула въ головѣ ея быстрая мысль. Она побѣжала къ окну... О ужасъ! какое зрѣлище! Эдуардъ, стоящ³й посреди двора въ цѣпяхъ и передъ нимъ четыре солдата съ заряженными, нацѣленными въ голову его, ружьями. Кляйвъ надѣялся побѣдить сердце ея ужасомъ. - "Эдуардъ! Эдуардъ!" - воскликнула Милли и бросилась въ окно. Эдуардъ подымаетъ голову - y ногъ его лежитъ Милли въ крови, съ раздробленною головою; нѣсколько минутъ она трепетала - наконецъ сдѣлалась неподвижною - жизнь ея пресѣклась.
  

*

  
   Руссо находился въ ***, онъ сидѣлъ за письменнымъ столикомъ, разсматривалъ свои травники, и радовался новымъ ботаническимъ пр³обрѣтен³емъ которое сдѣлалъ въ прошедшее утро. Онъ чувствовалъ себя истинно щастливымъ, занимаясь цвѣтами и травками: нѣкоторыя изъ нихъ возбуждали въ душѣ его воспоминан³е объ удовольств³яхъ молодости; оставивъ настоящее, онъ мысленно переносился къ прошедшимъ днямъ своего щаст³я, и сердце его трепетало при воспоминан³и о нѣкоторыхъ любезныхъ существахъ, которыхъ гробы давно уже покрыты были дерномъ. Въ эту минуту отворяется дверь, входитъ незнакомый человѣкъ съ шляпкою на головѣ, приближается къ философу? спрашиваетъ съ нѣкоторою дикост³ю: вы ли Жанъ-Жакъ Руссо?
   Руссо испугался. Подозрительность, которая такъ часто его мучила, привела въ смятен³е сердце его; онъ устремилъ проницательные, острые взоры свои на незнакомца: одежда его была въ крайнемъ безпорядкѣ, волосы, темно-каштановаго цвѣта, всклокочены, a глаза, полные глубокой задумчивости, впалы и мертвы; въ движен³яхъ его замѣтна была необыкновенна живость, словомъ, наружность его говорила всякому: вотъ существо уничтоженное судьбою!
   "Вы не ошиблись, государь мой, я Ж. Ж. Руссо! отвѣчалъ съ нѣкоторою робост³ю Женевск³й Философъ."
   - Сочинитель Эмиля! Сочинитель Элоизы! воскликнулъ незнакомецъ, сверкая глазами!
   "Да, государь мой, отвѣчалъ Руссо, почти въ отчаян³и, приготовясь къ чему-то ужасному... "
   - Ахъ! сжальтесь же надо мною - закричалъ неизвѣстный, бросясь на колѣна и сжавъ руки - напрасно искалъ я правосуд³я передъ судилищами и престоломъ; отъ тебя, служитель добродѣтели, требую того, въ чемъ отказали мнѣ порочные люди! Правосуд³я, Жанъ-Жакъ Руссо! мщен³я тому злодѣю, который умертвилъ мою жену и меня сдѣладъ жалкимъ безумцемъ!
   Онъ обнялъ колѣна Жанъ-Жака. Философъ трепеталъ, и слезы стремились по лицу его ручьями.
   "Моя супруга, моя обожаемая Милли, окровавленная, трепещущая и наконецъ бездыханная y ногъ моихъ - продолжалъ Эдуардъ - была послѣднею моею мысл³ю. Что случилось со мною послѣ, не знаю - пришедши въ чувство, увидѣлъ себя лежащаго на рогожѣ, въ бѣдной хижинъ; y ногъ моихъ сидѣли два добрые Индѣйца. Они изумились, когда я спросилъ: что со мною сдѣлалось и гдѣ я? Хочу подняться - чувствую слабость, и вижу, что руки мои крѣпко связаны. Опять начинаю разспрашивать; мнѣ отвѣчаютъ; не могу ничего понять и снова впадаю въ безчувств³е. Черезъ нѣсколько минутъ чувствую, что кто-то беретъ меня за руку; отворяю глаза: Лѣкарь, человѣкъ благороднѣйш³й и бывш³й въ Англ³и моимъ истиннымъ другомъ, стоитъ передо мною и щупаетъ мой пульсъ. Я не узналъ его. Скажите, спрашиваю, за что связаны y меня руки? Онъ просилъ меня остаться въ покоѣ и велѣлъ мнѣ дать свободу. Мало по малу началъ я входить въ память; другъ мой не покидалъ меня ни на минуту. Онъ разсудилъ, что, будучи слабымъ, я лучше могу снести воспоминан³е о страшномъ концѣ моей Милли, нежели послѣ, когда возвратятся нѣсколько мои силы; и я узналъ, что болѣе полугода прошло съ того ужаснаго дня, въ который погибло все мое щаст³е, что я во все это время ни на минуту не былъ въ чувствѣ, или лежалъ безъ памяти, или приходилъ въ бѣшенство; что сердце Лорда возмущено было смерт³ю Милли; что онъ и меня и ее велѣлъ отнести въ загородный домъ нашъ; что ее похоронили на другой же день; что въ городъ нѣсколько дней носилась молва о страшной опасности, которой подвергался Лордъ Кляйвъ, о уб³йцѣ, который пришелъ къ нему въ домъ, чтобы его застрѣлить, и котораго жена бросилась изъ окна отъ отчаян³я, что не могла выпросить ему прощен³я; что все это очень скоро было забыто; что мѣсто мое отдано другому, и что наконецъ ни одинъ человѣкъ не заботился обо мнѣ, кромѣ человѣколюбиваго Медика, который, узнавши отъ Лордова человѣка всю истину, поспѣшилъ ко мнѣ на помощь, и, къ величайшему своему удивлен³ю, нашелъ во мнѣ стариннаго Лондонскаго знакомца.
  

*

  
   "Все это слушалъ я съ мертвымъ равнодуш³емъ - чувствительность казалась угасшею въ моемъ сердцѣ, a собственныя мои несчаст³я представлялись мнѣ баснею, занимательною для одного только любопытства. Образъ погибшей Милли носился передъ воображен³емъ моимъ какъ будто въ туманъ; я жилъ посреди моихъ бѣдныхъ Индѣйцевъ, и былъ спокоенъ, и даже не могъ вообразить, чтобы мои обстоятельства когда нибудь были лучше. Изрѣдка, въ минуты возраждающейся душевной силы, представлялась мнѣ какая-нибудь минувшая радость, или образъ моей умерщвленной Милли возобновлялся во мнѣ живѣе, или воспоминан³я о какой-нибудь ея ласкѣ, о какомъ-нибудь милость ея качествѣ неожиданно меня поражали - тогда сердце мое обливалось кров³ю; содрогался, кричалъ, плакалъ, но все это было однѣ минуты, одно быстротечное с³ян³е молн³и, пролетающей въ полночь надъ пропаст³ю: благодѣтельная нечувствительность моя возвращалась ко мнѣ снова.
  

*

  
   "Но мало по маду померкшая душа моя озарилась ужаснымъ свѣшомъ; утѣшительный сонъ мой началъ изчезать; молн³я за молн³ей свѣтила надъ моею пропаст³ю; я начиналъ видѣть судьбу свою безъ покрова. Въ одно утро встаю съ постели, выхожу изъ хижины, иду въ поле безъ всякой цѣли, вдругъ останавливаюсь передъ домомъ, который показался мнѣ знакомымъ; смотрю, стараюсь вспомнить, наконецъ узнаю; это былъ прежн³й мой загородный домъ; все бремя потери моей обрушилось въ эту минуту на мое сердце: я закричалъ дикимъ голосомъ, бросился на землю, началъ рыть дернъ, увы! я хотѣлъ дорыться до гроба моей Милли. Въ этомъ положен³и нашли меня мой благодѣтельный лѣкарь и мои приставники; они отнесли меня въ хижину; я опять пришелъ въ бѣшенство; но этотъ припадокъ продолжался не болѣе одного дня; я погрузился въ отчаянную задумчивость, былъ тихъ, молчалъ, но думалъ объ одномъ уб³йствѣ.
  

*

  
   ,,Въ одно утро, мой благодѣтельный другъ навѣстилъ меня по обыкновенному; просидѣвъ со мною нѣсколько часовъ, онъ всталъ, чтобъ выдти изъ хижины; я бросился передъ нимъ на колѣни и воскликнулъ: послѣдней милости отъ тебя требую! дай мнѣ кинжалъ, чтобы я могъ заколоть уб³йцу моей Милли!" - Болѣе двухъ мѣсяцевъ какъ онъ возвратился въ Англ³ю. - Это извѣст³е вдругъ успокоило мою душу. Мысль, что я могу преслѣдовать, что я могу возвести на эшафотъ этого злодѣя, была для меня цѣлительною отрадою. Я началъ думать о томъ, какъ бы привести въ порядокъ мои разстроенныя дѣла; съ помощ³ю благодѣтельнаго Медика собралъ нѣсколько денегъ и сѣлъ на первый корабль, который отправлялся въ мое отечество.
   Кончимъ въ нѣсколькихъ словахъ повѣствован³е Жаксона: по пр³ѣздѣ своемъ въ Лондонъ, началъ онъ совѣтоваться съ знающими Юристами; но всѣ говорили ему, что его обвинен³е не могло быть принято, ибо онъ не имѣлъ ни доказательствъ, ни свидѣтелей. Въ чемъ состояло преступлен³е Лорда Кляйва? Какимъ закономъ запрещалось предлагать мужу услов³я? Жаксонъ приговоренъ былъ къ смерти за то, что осмѣлился наложить руки на Губернатора; a Милли сама себя умертвила. - Жаксонъ бросился къ ногамъ Короля... но Король и Министры не имѣли власти наказывать безъ приговора законовъ; a естьли бы и могли, то какое наказан³е опредѣлить завоевателю трехъ областей, который за нѣсколько времени возвратился изъ Аз³и съ побѣдою и имѣлъ право на самыя блестящ³я награды? Чемъ наказать человѣка, котораго самъ Парламентъ недавно избавилъ отъ наказан³я за мног³я притѣснен³я въ Инд³и, объявивъ передъ цѣлымъ народомъ, что онъ оказалъ велик³я услуги отечеству? И Жаксонъ вездѣ принимаемъ былъ какъ сумасшедш³й; ни одинъ человѣкъ не слушалъ съ участ³емъ его жалобъ. - Онъ могъ бы опять потерять разсудокъ, когда бы дядя не тронулся его жреб³емъ и не послалъ его для разсѣян³я во Франц³ю. Случай привелъ его въ то мѣсто, гдѣ находился Руссо: имя Философа пробудило надежду отмщен³я въ его сердцѣ. Кончивъ свою горестную повѣсть, онъ бросился на колѣна, и сжавши руки воскликнулъ: правосуд³я! мщен³я!
  

*

  
   Руссо, разтроганный до глубины сердца, долго смотрѣлъ въ глаза нещастному Эдуарду. Наконецъ онъ отвѣчалъ тихимъ и трепещущимъ голосомъ: я бѣдной, больной, нещастливый человѣкъ! не имѣю ни связей, ни знакомства. Мои современники ненавидятъ меня и преслѣдуютъ. Могули что нибудь я для тебя сдѣлать? - Въ эту минуту глаза его запылали. - Я могу, сказалъ онъ грознымъ голосомъ, напечатлѣть знаки отвержен³я на челъ твоего уб³йцы! могу предать его проклят³ю современниковъ и потомства! - Эдуардъ удалился, оставивъ Жанъ-Жаку свой адресъ. Черезъ двѣ недѣли Руссо послалъ къ нему письмо, въ которомъ требовалъ объяснен³я на нѣкоторыя обстоятельства его повѣсти; но онъ получилъ отъ своего корреспондента слѣдующ³й отвѣтъ: мы ничего не знаемъ объ Эдуардъ Жаксонѣ. Очень недавно нашли въ рѣкѣ Ааръ трупъ молодаго человѣка, y котораго на шеѣ висѣлъ женск³й портретъ, почти смытый водою; могли разобрать одну только надпись: Эмилли Жаксонъ. - страдан³я нещастнаго прекратились.
  

*

  
   Руссо написалъ Эдуардову истор³ю съ тѣмъ краснорѣч³емъ, которое одному ему свойственно, и онъ хотѣлъ уже выдать ее въ свѣтъ, какъ вдругъ остановила его одна мысль. Въ истиннѣ произшеств³я онъ не сомнѣвался; ужаснымъ и неотвергаемымъ доказательствомъ ея было сумасшеств³е Эдуарда; это для того чтобы Героя, всѣми прославляемаго, представить передъ глазами свѣта въ видѣ уб³йцы и злодѣя, требовались доказательства неотвергаемыя; a свидѣтельство сумасшедшаго самоуб³йцы не могло быть въ такомъ случаѣ принято за доказательство неотвергаемое; И Руссо отложилъ повѣсть свою къ тѣмъ бумагамъ, которымъ надлежало выдти въ свѣтъ не прежде, какъ по его смерти.
  

*

  
   Черезъ два или три года Лордъ Кляйвъ пр³ѣхалъ въ Монпелье. Лади Говардъ, другъ Жанъ-Жака, находилась въ этомъ же городъ. Руссо, узнавши о прибыт³и Кляйва, посылаетъ къ своей пр³ятельницѣ экземпляръ истор³и Жаксона. Чудовище, унижающее имя человѣка, пишетъ онъ къ ней, заражаетъ дыхан³емъ своимъ тотъ воздухъ, которымъ дышетъ Милади Говардъ! доставьте Лорду Кдяйву приложенную при этомъ письмѣ рукопись; скажите ему, что я немедленно предамъ его посрамлен³ю цѣлаго свѣта, естьли онъ безъ всякаго отлагательства не оставитъ Монпелье и не выѣдетъ изъ Франц³и.
   Это письмо произвело свое дѣйств³е, и свидѣтельство Эдуарда Жаксона было оправдано, ибо Кляйвъ немедленно возвратился въ Англ³ю. Нѣсколько времени продолжалъ онъ заглушать фур³ю совѣсти необузданнѣйшимъ развратомъ; наконецъ онъ самъ исполнилъ то, что надлежало бы сдѣлать одному палачу: безъ сомнѣн³я тѣни Милли и Жаксона представились глазамъ его въ ту минуту, когда онъ наводилъ на себя пистолетъ, раздробивш³й ему черепъ {Извѣстно, что Кляйвъ застрѣлился.}.

Мернель.

ѣстникъ Европы". Часть XLIX, No 2, 1810


Категория: Книги | Добавил: Ash (11.11.2012)
Просмотров: 232 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа