Главная » Книги

Ключевский Василий Осипович - Терминология русской истории, Страница 6

Ключевский Василий Осипович - Терминология русской истории


1 2 3 4 5 6 7

и раньше, в нашем языке появляется третий термин, не вытеснивший куны, но ходивший рядом с ними в значении денег. Термин этот заимствованный - пенѫзи; он встречается и в других славянских языках с тем же значением денег. Так объясняется употребление этого слова в Остромировом евангелии, где пенѫзь есть перевод латинского "денарий" или греческого "κέρμα" (мелкая разменная монета). Отсюда производилось слово "пенжьник", встречающееся в том же евангелии; пенжьник - κέρματιστήζ, денежник, меняла. Пенѫзь - это немецкое слово, обозначавшее мелкую монету Pfenning. Наша форма пенѫзь совершенно правильно вышла из этого немецкого слова, как форма кнѫзь из немецкого Koning. B значении металлических денег вообще, а не мелкой монеты только, встречаем слово "пенѫзь" и в Смоленском договоре с Ригой и Готландом 1229 г. Первая статья этого договора назначает за убийство свободного человека 10 гривен серебра, т. е. 10 фунтов серебра, а за гривну серебра, добавляет статья, т. е. за фунт серебра, - по 4 гривны кунами или пенязи. Гривна кун - меновой знак в отличие от фунтового куска серебра, который не был меновым знаком. Значит, гривна кун или пенѫзей - известное количество металлических денег, что именно и хочет сказать статья.
   ДЕНЬГИ. Еще позднее куны и пенѫзи в нашем языке сменились другим заимствованным термином - "деньги". Самое лексическое происхождение слова указывает приблизительно на время, когда оно могло войти в наш язык. Деньги есть форма татарского причастия tanga, что значит звенящий; в другой форме - tumga - это слово получает значение торгового клейма, налагавшегося на оплаченный пошлиной товар, откуда таможня - место, где взыскивались торговые пошлины. Итак, это слово могло появиться в нашем языке не ранее половины XIII в., когда наш лексикон в себя стал принимать много татарских слов. Впрочем, в известных мне литературных памятниках нашей письменности я встречал это слово не ранее XIV в. Этого слова вы не найдете ни в древнейших церковнославянских памятниках, ни в древнейших списках летописей - Лаврентьевском и Ипатьевском. Слово это удержалось в нашем языке до последнего времени. Впрочем, в XV и XVI столетиях рядом с термином деньги употреблялось в том же значении слово "серебро" - вообще меновой знак, разумеется серебряная металлическая монета. Отсюда должник, в какой бы форме ни был сделан заем, носил название серебряника. В этом смысле слово "серебро" совершенно соответствует французскому слову "argent"; это значение слова в нашем языке не удержалось.
   ДЕНЬГИ И МЕНОВЫЕ ЗНАКИ. Я перечислю вам в историческом преемстве термины, которыми обозначались меновые знаки: скот, куны, пенѫзи, деньги. Это преемство терминов показывает, что, прежде чем на нашем рынке вошли в употребление металлические деньги, меновыми знаками служили предметы, составлявшие господствующую статью в народнохозяйственном обороте. Термин "скот" идет от той незапамятной поры, когда основанием народного хозяйства было скотоводство, следовательно, от поры еще кочевой. Напротив, куны можно приурочить уже к известному историческому времени, когда пушной товар, или скора (теперь это слово значит шкура), как иначе еще он назывался, был главной статьей русской торговли, главным предметом русской промышленности. Мы знаем это время - IX - XII вв. нашей истории. Слово "деньги" указывает на время, когда денежный оборот на Руси стоял в сильной зависимости от татар, собиравших подати и пошлины с русского завоеванного населения. Я не берусь определить время, когда проникло в наш язык слово "пенѫзь", но так как это слово употреблялось и у других славян, не знавших ни кун, ни денег, то появление этого слова можно отнести к глубокой древности. Меха сохраняли свое меновое значение и долго после того, как явились на рынке металлические деньги. Так что в XIII и в следующих веках платежи производились и теми, и другими знаками, и меховыми, и металлическими. Вы найдете много указаний на это совместное господство на рынке и кун, и денег, принимая первое слово в значении меновых знаков меховых, а второе - в значении меновых знаков металлических. Приведу рассказ Волынской летописи. В 1279 г. был сильный голод по всей земле Русской и Польской, у Литвы и ятвягов. Послы ятвяжские приехали к князю Владимиру Волынскому и обратились к нему с просьбой: "Не помори нас, но перекорми ны собе; пошли, господине, к нам жито свое продаят, а мы ради купим: чего восхочешь, воску ли, бели ль, бобров ли, черных ли кун, серебра ль, мы ради дамы". Меновые меховые знаки ходили, таким образом, наравне с металлическими знаками. Уже в XII столетии меха связывались пучками известной ценности и ими производились платежи. Пучки заключали в себе по 40 шкурок и назывались "сороками" или "сорочками"; сорок соболей, связанных в четыре десятка, - меновой знак на Московской Руси XVII в. Такими сороками платили за товар, ими выдавали жалованье, ими дарили иноземных послов; по меньшей мере половина казенных платежей в XVII в. совершалась сороками. Иностранец Рейтенфельс, наблюдавший в XVII в. московскую жизнь, пишет, что в Москве драгоценные меха в таком же ходу, как и деньги. Надо думать, что так как меха раньше металлических знаков получили значение орудий мены, то ценность металлических денег определялась мехами, а не наоборот, т. е. на меха оценивалась стоимость серебряного знака, а не серебряным знаком оценивалась стоимость меха. Этим объясняется терминология системы денег в древней Руси. Когда появились на Руси металлические деньги, единицы этой металлической денежной системы усвоили себе названия, заимствованные от мехов, например кусочек серебра, равнявшийся ценностью меху куницы, получил название куны: куна - кусок серебра, металлический знак. Это сродство монетной терминологии с терминологией мехов и поможет нам объяснить систему древнерусских металлических денег, встречающихся в Русской Правде.
   ГРИВНА КУН. Теперь я изложу самые денежные единицы, обращавшиеся на древнерусском рынке времен Русской Правды. Самым крупным меновым знаком была гривна кун. Довольно трудно объяснить происхождение этого термина. В переводных памятниках церковнославянского языка гривной называлось шейное металлическое украшенье - ожерелье, которое носили мужчины и женщины. Понятно, такое этимологическое значение слова "гривна" есть прилагательное от "грива" ="шея". Но трудно объяснить, когда и каким образом гривна на нашем русском языке получила значение фунта. Такое значение пережило первоначальное: "гривна" значила "фунт" и в XVI в.; "гривна" - это русское слово, вытесненное заимствованным позднее немецким словом "фунт". В нашей исторической литературе существует мнение, что в древней Руси был двоякий фунт: в Южной, Киевской, Руси был фунт греческий, т. е. литра, в 72 золотника, а в Северной, Новгородской, - немецкий марочный фунт в 96 золотников. Я не нахожу ни прямых, ни косвенных доказательств в пользу этого положения; напротив, думаю, что есть косвенное указание, свидетельствующее о единообразном фунте в 96 золотников. Указание это заключается в том, что греческая литра в 72 золотника называлась в древней Руси "гривенкой"; гривенка, малая гривна, предполагает большую гривну. Другой вопрос: равнялся ли старорусский фунт в 96 золотников нашему? Я думаю, что на Руси времен Правды не было двух разных фунтов, но существует много свидетельств, что старорусский золотник заключал к себе 112 долей, а наш состоит, как известно, лишь из 96. Фунт разделялся на золотники; происхождение этого термина тесно связано с монетной системой Византийской империи. В Византийской империи из литры золота чеканилось по закону 72 золотника, 72 монеты, называвшиеся по-гречески νομίσματα, по-латински - solidi (solidus по-нашему золотой целковый; "солид" - "целковый"). Это νόμισμα по-русски называлась "златницей" или "златником "; отсюда часть фунта сохранила до сих пор название золотника.
   И у нас употреблялись как меновые знаки или, лучше сказать, как товар греческое золото и серебро. Золотой монеты у нас не было, а золото употреблялось как товар. Из "Жития Феодосия Печерского" мы узнаем, что часто платежи производились золотом, но это просто фунтовые куски золота, а не монеты. Употреблялись на рынке и фунтовые куски серебра, даже на них производились расчеты. Я, кажется, приводил место из договора смоленского князя Мстислава Давидовича с Ригой, Готландом и немецкими городами 1229 г. Там читаем: "А за гривну серебра по 4 гривны кунами или пенѫзи". Но от гривны серебра, т. е. от фунтового слитка этого металла, надобно отличать меновой серебряный знак, называвшийся "гривной кун", т. е. денежную гривну. Я сказал, что не понимаю, каким образом гривна - шейное украшение - стала потом значить фунт, но прошу заметить, что необходимо отличать гривну кун от гривны серебра. Гривны кун золотой, как и медной, не было. Гривной кун назывался серебряный слиток известной формы, ходивший на рынке как меновой знак, хотя и без клейма: это не монета, а только меновой знак. Формы его были различные, судя по сохранившимся экземплярам гривен кун. Большею частью это продолговатые палочки, закругленные на концах и имеющие форму пальца, но есть гривны, сплюснутые и суженные к краям. Под гривной Русской Правды надо разуметь гривну кун. Этот термин встречается в памятниках со значением менового знака; где встречается просто "гривна", там и разумеется просто "гривна", разумеется "гривна кун"; а где речь идет о фунтовом слитке серебра или золота, памятники говорят "гривна серебра или золота".
   Гривна кун в разные времена имела различный вес и никогда не была равна фунту. Вот это изменение веса и составляет главное затруднение в изучении денежной системы времен Правды. Гривна кун отражала на себе все перемены, какие претерпевала на Руси стоимость металла: дешевело серебро, гривна кун становилась более весом, дорожало - она становилась легковесной. Определить эпохи, к которым относятся дошедшие до нас разновесные гривны кун, это и составляет самый трудный вопрос в истории денежного обращения на Руси первых веков. В нашей литературе существуют по этому вопросу самые разнообразные и часто путаные суждения. Не входя во все подробности, я передам свои соображения и некоторые основания, на которых они основываются.
   Можно, кажется, определить, какова была по весу русская гривна кун времен договоров с греками X в. В договоре Олега 912 г. читаем, что за удар мечом или за тяжелый удар "кацем любо сосудом" виноватый наказывался уплатой пяти литр серебра "по закону рускому". Если в договоре есть ссылка на закон русский, мы должны искать его в Русской Правде, а здесь мы читаем, что за удар мечом виноватый платил 12 гривен кун. Надобно думать, в этом состоит вся шаткость этого соображения, что такой же штраф в 12 гривен кун взимался "по закону рускому" за указанные преступления и в X в. Если нельзя так думать, то не имеет значения и вывод, основанный на этом мнении. Греческая литра=72 золотника, 5 литр=360 золотников, разделив эту цифру на 12 гривен кун, получим 30 золотников в гривне кун X в. Но до нас дошло очень много солидов, притом весьма древних; 72 таких солида обыкновенно больше 72 золотников, т. е. больше фунта; есть такие солиды, которых 72 равны 76 1/2 золотника. Итак, если мы прибавим нечто к 360 золотникам, воображая, что договор Олега имел в виду не математический, а ходячий солид, несколько больший золотника, то найдем, что в нашей гривне кун могло быть и 32 золотника, т. е. она равнялась одной трети нашего фунта. На этом основании я полагаю, что в X в. ходячая русская гривна кун равнялась одной трети фунта.
   Но мы имеем в нумизматических коллекциях очень много гривен кун весом от 46 до 48 золотников. Таковы, например, найденные лет семь тому назад черниговские гривны кун редкой, своеобразной формы: несколько виденных мною экземпляров, сплюснутых и суженных к концу, на весах вытянули по 46 золотников. Значит, ходили на Руси некогда гривны кун в полфунта или почти в полфунта весом. В известных нам памятниках нет следов такой гривны кун, потому мы не умеем приурочить ее к какому-нибудь времени. Можно только путем косвенных соображений догадаться, когда ходили такие гривны. С конца первой половины XII в. вес гривны кун начал падать и никогда более не поднимался. А мы сейчас увидим, что во время борьбы Юрия Долгорукого с Изяславом Волынским на Руси ходила гривна кун немного меньшая 40 золотников. С тех пор гривна кун все падала до конца XIII в., когда она сменилась новым меновым знаком, имевшим характер монеты, - серебряным рублем. Итак, в X в. у нас ходила гривна кун весом в одну треть фунта, в 40-х годах XII столетия ходила гривна кун, весившая меньше 40 золотников, и далее вес ее все падал. К какому времени надо отнести употребление на нашем рынке гривны кун в полфунта или почти в полфунта весом? Очевидно, к промежутку между договором Олега и борьбой Юрия с Изяславом. Я сказал, что вес гривны кун изменялся в зависимости от стоимости серебра. На наш рынок серебро приливало из Греции и с магометанского Востока; сила прилива зависела от успехов внешней торговли. Следовательно, полуфунтовая гривна кун может быть приурочена ко времени, когда торговля с Византией и Востоком достигла наибольшего напряжения, когда торговые сношения были наиболее безопасны. Выберем такое время, когда Русь всего более пользовалась безопасностью со стороны внешних врагов: это время Ярослава и Мономаха. Я думаю, что к их княжениям и надо относить употребление на рынке полуфунтовой или почти полуфунтовой гривны кун.
   Кажется, серебро начало дорожать, т. е. вес гривны кун начал падать, вскоре после Мономаха или по смерти сына его Мстислава (1132 г.), успевшего еще поддержать безопасность Русской земли и ее торговых путей. В 1137 г. составлен был известный устав Святослава о десятине в пользу Новгородского Софийского собора. Здесь князь говорит о каких-то новых кунах, которые выдавал какой-то Домажирич. Этот Домажирич, вероятно казначей Святослава, расплачивался около 1137 г. "новыми кунами". Это заставляет думать, что эти новые куны были другого веса, более мелкого, как можно заключить по следующему известию. Как раз через девять лет встречаем в летописи такое известие: во время усобиц смоленских Ростиславичей с черниговскими Святославичами один князь (Иванко Берладник) помирился с другим в 1146 г., взяв с него за мировую "200 гривен серебра, же 12 гривни золота". Это место представляет некоторые затруднения: "же" значит "то есть", "еже есть" = "или"; отсюда 200 гривен серебра = 12 гривен золота. Итак, мы находим отношение серебра к золоту по ценности: 200:12= 16 1/3. Такого отношения серебра к золоту в то время не могло быть на Руси и не было в Византии. Нам известно отношение серебра к золоту в Римской империи при Юстиниане - серебро к золоту относилось, как 1:14; а раньше, при Каракалле, в III в., = 1:6/2; теперь отношение серебра к золоту=1:15. Мы знаем отношение серебра к золоту на Руси в XIII в., оно было равно 1:6 1/3. Если в начале XIII в. золото в 6 1/3 раза было дороже серебра, то невероятно, чтобы на нашем рынке за несколько десятилетий прежде серебро было дешевле золота почти в 17 раз; такая пропорция невероятна. Значит, под 200 гривнами серебра нельзя разуметь 12 гривен золота. Я и предлагаю догадку, не следует ли здесь разуметь под гривнами серебра гривны кун. Летописец выразился здесь необычно, чтобы обозначить разницу металлов; побежденный должен был уплатить или 200 гривен ходячих серебряных или 12 гривен золотом. Но ходячая гривна серебра была гривна кун, значит, князь предложил другому уплатить 200 гривен кун серебра или 12 фунтов золота. Если так, то мы можем рассчитать, каков был вес гривны кун в то время. По одной русской статье, прибавленной к Закону судному людем (славянская переделка одной известной греческой эклоги), гривна золота равнялась 50 гривнам кун, фунт золота стоил 50 гривен кун, а гривна серебра равнялась 7 1/2 гривны кун. Если так, то (фунт золота) 50 гривен кун, разделенные на 7 1/2 гривны кун (фунт серебра), дают 6 1/3, чем определяется отношение ценности серебра к золоту; 12 гривен золота по этому отношению = 80 гривнам серебра, т. е. 80 фунтам серебра. Следовательно, если 200 разделим на 80, получим 2 1/2 гривны кун в 1 фунте серебра. Итак, по этому расчету в гривне кун было около 38 золотников (96:2 1/2 = 38 1/5)· Такие гривны кун в 36 и в 38 золотников и найдены в нескольких кладах, открытых в Киевской земле. Итак, гривна кун еще до половины XII в. упала до 38 золотников и ниже.
   Но и такого веса гривна кун недолго держалась на рынке. До нас дошел договор Новгорода при князе Ярославе с немцами, заключенный в конце XII столетия, приблизительно между 1189-1199 гг. Здесь совершенно согласно с Русской Правдой определяются денежные пени за различные преступления, но эти пени определяются то гривнами кун, то гривнами серебра - знак, что тогда гривна кун представляла очень колеблющуюся единицу, и эти колебания заставляли считать фунтами серебра, а не гривнами кун. Между прочим, вира за убийство простого человека определена в 10 гривен серебра. Так как другие штрафы высчитаны на гривны кун совершенно согласно с Русской Правдой, то, очевидно, эти 10 гривен серебра должны равняться 40 гривнам кун, назначаемых Русской Правдой за убийство простого свободного человека. Итак, во времена этого договора из фунта серебра делали уже 4 гривны кун, следовательно, в гривне кун заключалось около четверти фунта, и такие гривны мы имеем в коллекциях: они весят от 21 до 23 золотников. Итак, гривна кун к концу XII в. еще более пала. Любопытно, что такая гривна кун в договоре Ярослава названа уже старой гривной, что заставляет подозревать, что на рынке стали появляться слитки, еще менее веские. Нам известен договор смоленского князя Мстислава с Ригой, Готландом и немецкими городами в 1229 г. Там указано то же отношение гривны кун к гривне серебра, как 1:4, т. е. гривна кун = 1/4 фунта.
   Итак, старая четвертная гривна держалась на рынке еще и в начале XIII столетия, но она, очевидно, вытеснялась гривной кун еще более легкой, и мы узнаем вес этой последней. В 1230 г. новгородский летописец описывает голод в Новгороде. Голод этот начался вследствие уничтожения озимого хлеба еще с осени и продолжался весь год, всю зиму и следующую весну; следствием его была дороговизна, которая все усиливалась. Летописец 2 раза отметил цены на хлеб, бывшие в начале и в конце года. По древнейшему списку летописи XIV в., так называемому Харатейному синодальному списку, в начале года "кадь ржи" ("кадь" = 4 четвертям) продавалась по 20 гривен; в конце года четверть кади продавали по гривне серебра. Но несколько позднейший список, который называется по месту хранения Академическим, повторяя цену в начале года по Харатейному списку, цену высшую, установившуюся в конце года, переводит на гривны кун, говоря, что 1/4 кади продавалась по 7 гривен. Это заставляет думать, что в том году ходила гривна кун, составлявшая 1/4 часть гривны серебра. Как видите, в конце года цена поднялась: в начале года четверть продавалась по 5 гривен (по 20 гривен за кадь), а в конце стоимость ее поднялась до 7 гривен. Итак, в 1230 г. в Новгороде и в других частях Руси ходили гривны кун, которых в 1 фунте серебра было 7. Если разделить 96 на 7, получим 13 1/7, значит, в гривне кун было около 14 золотников.
   Я указывал русскую вставку в Закон судный людем, по которой в гривне серебра считалось 7 1/2 гривны кун, следовательно, в гривне кун было 12 1/5 золотника. Таким образом, можно определить, когда была составлена редакция Закона судного людем: именно после 1230 г., когда гривна кун еще немного понизилась в весе. Но может быть это отношение фунта серебра к гривне кун, как 1:7, держалось очень долго, так что нельзя приурочить Закон судный людем ко времени, близкому к 1230 г. Можно привести догадку, которая заставляет думать, что эта статья явилась вскоре после 1230 г. Император Исаак Комнен в 1057 - 1059 гг. издал закон, определявший таксу пошлин, взимаемых с церковноиерархических степеней при поставлении. По этому закону за поставление в чтецы (дьячки) велено было взимать 1 νόμισμα, ?. е. одну златницу; за поставление в дьяконы - еще 3 златницы и за поставление из дьяконов в священники - еще 3, так что священник должен был заплатить всего 7 златниц. На Владимирском церковном соборе 1274 г. эта такса была установлена и на Руси, только с переложением златниц на русские денежные единицы. Именно в Правилах митрополита Кирилла, председателя собора, который передал в циркуляре соборные постановления, сказано, что можно брать "от поповьства и от дьяконьства от обоего 7 гривен", т. е. 7 гривен кун. Итак, златница приравнена к русской гривне кун. Мы опять здесь должны предположить, что в 1274 г. существовало то же отношение стоимости серебра к золоту, какое указано в статье Закона судного людем, а там это отношение - 1:6/3. Итак, златница равна гривне кун. Но вес золотого солида византийского равнялся золотнику, следовательно, 1 золотник золота = 6 1/3 золотника серебра, а это и есть гривна кун 1274 г. Следовательно, в гривне серебра гривен кун было 14 1/5 (96:6 1/3 = 14 1/5). Может быть, в конце XIII столетия установилось другое отношение стоимости серебра к золоту, тогда расчет этот не имеет никакой цены. Однако едва ли следует относиться к нему так безнадежно. Из этого расчета мы видим, что к концу XIII в. гривна кун упала еще ниже вдвое сравнительно со временем, когда была составлена редакция Закона судного людем. Там было 7 1/2 гривен кун в гривне серебра, а тут почти 15, и в начале XV столетия из гривны серебра делали 30 гривен кун. Псковский летописец под 1407 г. говорит о дешевизне хлеба в этом году: "три меры покупали за полтину, а кун на полтину 15 гривен". Полтина - половина рубля, а рубль равнялся тогда гривне серебра, следовательно, из гривны серебра в то время выходило 30 гривен кун. Итак, мы видели, что до того времени, как появилась новая денежная единица - "рубль", до XV столетия, гривна кун все падала в весе. Нам это и нужно было доказать.
   Гривна кун изменялась и при господстве рубля, но это изменение не нужно для объяснения Правды; Правда составлена гораздо раньше этого времени. Только для любопытствующих отмечу главные моменты этого изменения, впрочем недостаточно разработанного в нашей нумизматической литературе. В XIV столетии, вероятно вследствие уменьшения гривны кун, появился новый меновой знак, получивший название рубля; ранее XIV в. рублей не встречаем. Происхождение термина "рубль" недостаточно известно. Думают, что рублем назывался отрубок, т. е. часть гривны серебра; гривна серебра рубилась пополам и каждая половина называлась рублем. Но древнейший рубль равнялся гривне серебра: Двинская грамота, данная Василием Дмитриевичем в 1397 г., переводит древнюю виру на современные денежные единицы - рубли - и определяет ее в 10 руб., что равняется 10 гривнам серебра договорной Смоленской грамоты 1229 г. Почему гривна серебра получила название рубля? Я так объясняю и происхождение самого "рубля" и замену одного названия другим. Ведь гривна серебра была весовая счетная единица рубт. [??]. Считая так, за товар, стоивший гривну серебра, платили гривнами кун, как ходячими меновыми знаками, но платили на вес, давая столько этих знаков, чтоб они потянули один фунт. Но менового знака, равного гривне серебра, не существовало, это была весовая, а не реальная единица. Так как вследствие колебаний в весе гривны кун счет на нее был очень неудобен, то стали рассчитываться фунтами серебра, гривнами серебра. Это в XIV в. и заставило отливать знаки, весом равные фунту. Вероятно, эта отливка происходила таким образом: отливали длинные куски серебра и потом рубили их на части, из которых каждая равнялась фунту. У Герберштейна есть известие об этих рублях; он относит появление русских монет по времени за 100 лет до приезда своего в Москву. "Едва сто лет прошло, - говорит он, - как в России стали употреблять монеты, в ней чеканенные (Vix centum annis utuntur moneta argentea, praesertim apud illos cusa). Прежде ходили в России portiunculae oblongae argenteae, sine imagine et scriptura aestimatione unius rubli". Вот эти portiunculae oblongae argenteae и были рубли. Кажется только, Герберштейн не совсем правильно говорит, что все эти рубли были лишены клейма; до нас дошли слитки серебра гривенной формы, но с различными изображениями и иные даже с надписями "рубль". Итак, древнейший рубль есть старая гривна серебра, но со значением монеты, и на нем клалось клеймо, обозначавшее его ценность. Вероятно, только наложение этого клейма не было общим правилом. В начале XV в., как мы видели, рубль заключал в себе 30 гривен кун. Есть известие, что в XV в. стали делать новые гривны кун, такие, что в каждой заключалось по три старых. Я отношу это известие ко второй половине XV в. Следовательно, в рубле стало 10 гривен кун. Вот эти 10 гривен и усвоены были потом нашей денежной системой как подразделения рубля: московский рубль делился на 10 гривен.
   Из того, что я вам сказал, вы удержите в памяти следующие моменты в истории гривны кун. Гривна кун - серебряный меновой знак без клейма и потому без значения монеты; в разные времена, смотря по ценности серебра, она имела различный вес. В X в. этот вес равнялся приблизительно 1/3 нашего фунта: в XI в. и начале XII в. - приблизительно 1/2 фунта. В конце первой половины XII в. гривна кун весила около 38 золотников, во второй половине - 24 золотника, а в начале XIII в. - от 14 до 12 1/2 золотника, то же и во второй половине XIII в. А в начале XV в. из гривны серебра выделывали 30 гривен кун. Только во второй половине XV в., когда уже утвердился рублевый счет, стали делать гривны более крупные, заключавшие в себе по три гривны тех, которых было 30 в рубле. Эти позднейшие гривны и составляли отступление от пути, по которому шла гривна кун до тех пор, от пути постепенного понижения ее веса. Эти моменты и надобно запомнить, особенно же следует заметить следующие две эпохи: гривна кун начала XII в. равнялась 1/2 фунта, а гривна кун второй половины XII в. равнялась 1/4 фунта, т. е. была вдвое менее гривны кун времен Мономаха. Мы увидим в Русской Правде следы обоих этих счетов, что дает возможность различать в Русской Правде следы разных эпох.
   ЧАСТИ ГРИВНЫ КУН. Гривна кун разделялась на части, которые были мелкими ходячими монетами; то были ногата, куна, резана и векша, были еще более мелкие части, но они не встречаются в Русской Правде. До сих пор не известно ни одного куска серебра, найденного в древних кладках, о котором можно было бы сказать с уверенностью, что это была ногата, куна, резана или векша. Но несомненно, что этими словами обозначались мелкие кусочки серебра, составлявшие ту или другую часть гривны кун. Это и наводит на мысль, что такие части гривны кун не имели клейма или надписи, которые должны были обозначать достоинство монеты. Только один ученый-нумизмат сообщает, что ему кто-то говорил, будто где-то был найден кусочек серебра с надписью "ногата". Но такой источник очень сомнителен. Наша летопись говорит, что в XII в. на рынке ходили металлические денежные единицы - сребреники, но что такое были эти сребреники, неизвестно. По-видимому, первые христианские князья на Руси стали чеканить серебряные и золотые монеты по гривенным образцам и на этих монетах выбивали свои изображения. До нас дошло несколько таких монет с изображениями Владимира, а также Ярослава и с надписью их имен. От времен Владимира дошло 11 таких монет золотых и серебряных; я говорю "монет" в том смысле, что это были меновые знаки, а не медали или украшения. На лицевой стороне серебряных видна надпись вокруг изображения - "Владимир на столе", а на обороте находится надпись: "А се его сребро". Серебряные монеты очень различны по величине, т. е. по весу. Но что это такое, ногаты ли, куны ли, неизвестно. В наших памятниках нет также и названий византийских мелких монет; я даже сомневаюсь, имели ли значение меновых знаков, обращавшихся тогда, монеты, сделанные по образцу византийских. Таких монет сохранилось несколько с изображениями и именами древних князей. Если бы они имели значение обращавшихся на русском рынке меновых единиц, то должно бы найти их гораздо более при раскопках старинных кладов. Ведь имеем же мы тысячи арабских монет, найденных в этих кладах. Я думаю, что при киевских князьях в первое время по принятии христианства введены были серебряные и золотые монеты, подобные византийским, но потом на туземном рынке, на котором господствовали меха в значении меновых знаков, последние вытеснили чеканную монету, может быть потому, что чеканка была слишком дорога для нас. Но несомненно, что сребреники были в ходу у нас в начале XII в. В 1115 г. ставили в новоосвященной церкви в Вышгороде мощи Бориса и Глеба. Была страшная толкотня, так что князья, и в том числе Мономах, с мощами затруднялись дойти до места, стесняемые толпой. Чтобы прочистить дорогу, Мономах велел изрезать на лоскутки шелковые и другие материи, взять сребреники и бросать их в народ. Но были ли это монеты, подобные тем, какие мы видели на изображении, или это были простые куски серебра, неизвестно.
   НОГАТА. Названия частей гривны кун, мной указанные, свидетельствуют о тесной связи системы денежных металлических знаков с системой меновых меховых знаков, обращавшихся на рынке. Ногата, очевидно, - шкурка с ногами, куна, очевидно, - другой мех, цельный, а резана заставляет думать о части меха, об отрезке. Памятники дают возможность определить и отношение этих частей к целому, к гривне кун. В 49-й статье Карамзинского списка Русской Правды высчитан приплод скота, именно овец и баранов за 12 лет. В конце статьи сделан такой расчет: 360 446 рун стоит 7208 гривен и 46 резан, а руно чтено по резане (360 446-46):7208=50, т. е. в гривне кун было 50 резан. Этот расчет, вероятно, относится к XIII столетию. Теперь высчитаем ногату. В 50-й статье того же списка Русской Правды высчитан приплод коз и козлов за 12 лет: 90 112 коз оценены в 27 033 гривны и 30 резан, а коза метана по 6 ногат. Отсюда [(27 033х50)]:(90 112х6)=2 1/2; т.е. в ногате было 2 1/2 резаны, ногат же в гривне кун было 20.
   КУНА. В памятниках нет указаний, что такое куна, но есть возможность высчитать и этот меновой знак. Вам известно "Въпрашание Кирика, обращенное к епископу Нифонту и к прочим епископам". Это "Въпрашание" и относится к половине XII в. В числе вопросов и ответов мы встречаем вопрос о плате за сорокоуст по умершем. Епископ отвечает Кирику, что священник должен служить 5 обеден в неделю в течение шести недель за одну гривну, а за 6 кун - по одной обедне в неделю. Предположив, что стоимость службы в обоих случаях одинакова, мы нашли бы, что гривна состояла из 30 кун, но в Русской Правде встречаем сумму "3 гривны и 30 кун". Если бы 30 кун равнялись одной гривне, Правда сказала бы "четыре гривны". Соображая, что епископ ценил обедню дешевле, когда ее служили пять раз в неделю, сравнительно с обедней, которую служили только раз в неделю, можно думать, что в гривне считалось менее 30 кун. На этом основании можно предполагать, что куна была ровно вдвое больше резаны, составляла 1/25 часть гривны кун. Это частью подтверждается и следующим известием. В 1150 г. смоленский князь Ростислав, Мономахов внук, основал особую епископскую кафедру в своем городе и назначил на ее содержание "десятину" с княжеских доходов. Эту десятину князь и высчитал в грамоте, перечислив все свои доходы, прямые и косвенные. В приписке к этой грамоте, сделанной, кажется, несколько позднее, мы читаем таксу, или перечень окладов, какие падали на разные округа Смоленского княжества вместо натуральной повинности, лежавшей на жителях и состоявшей в поддержании городских стен; повинность эта называлась "погородьем". Платеж, заменявший эту повинность, состоял из "урока", т. е. из сбора в казну, и из "почестья", т. е. из налога, который шел в пользу сборщика этих податей, давался сборщику "в честь". Между прочим, со смоленского города Крупля сверх урока шло еще почестье, которое сначала платилось мехом лисицы, но которое теперь было переложено на ногаты; именно "пять ногат за лисицу". С Вержавска, другого смоленского города, сверх урока более высокого, чем с Крупля, шло почестье, первоначально 3 лисицы; теперь и оно было переложено на деньги - "а за три лисицы сорок кун без ногаты". Итак, если одна лисица стоила 5 ногат, а три лисицы - сорок кун без ногаты, то 16 ногат должны равняться 40 кунам, следовательно, ногата равнялась 2 1/2 кунам. Правда, в той же приписке далее встречаем лисиц другой ценности, но сопоставление почестья Крупля и Вержавска соблазняет на мысль, что здесь имелись в виду лисицы одинаковой цены. Надобно объяснить, каким образом куна понизилась в цене, стала равняться резане, т. е. 1/50 части гривны кун. Кажется, объяснение это дает один список Русской Правды.
   Мы не знаем, когда сделана приписка к Ростиславовой грамоте, но в 67-й статье Троицкого списка Русской Правды мы встречаем пошлину, о которой будет речь после. Именно "перекладного 5 кун, а на мех 2 ногате". Я понимаю это выражение так: а на деньги столько-то, если кто хочет платить мехом - 2 ногаты. Отсюда ногата - 2 1/2 куны, но ногата - меховой знак, а куна - металлический, значит, эта статья составлена, когда ходили двоякого рода знаки - меховые и металлические. Ногата в это время была меновой знак, но еще меховой, а куна - меновой знак металлический, стало быть, меновые знаки меховые еще не все успели замениться металлическими. Если это так, то не только легко объяснить это отношение металлической куны к ногате, но и то, как совершилось падение стоимости куны и даже когда составлена редакция Русской Правды, которую мы будем читать. Из истории обращения гривны кун мы видели, что цена серебра очень колебалась в древней Руси, но серебро не было единственным меновым знаком; рядом с ним ходили и меха, которые едва ли колебались в цене, так как в XI-XII вв. не заметно условий, которые бы усилили или ослабили меховой промысел - звероловство. Дорогие металлы и теперь колеблются в цене, но это отражается на стоимости всех товаров: если падает в цене серебро, то дорожают все товары. Но, когда ходили меновые знаки разного характера - меховые и металлические, из которых одни имели постоянную ценность, а другие колебались, тогда могло случиться, что ценность товаров не изменялась, а изменялось отношение меновых знаков металлических к меновым знакам меховым. Мы видели, что серебро к концу XII в. стало дороже, чем было в начале столетия, вследствие чего гривна кун во второй половине века стала вдвое легче весом. Итак, когда совершилось это падение, на рынке ходили меховые меновые знаки - ногаты и металлические - куны, соответствовавшие некогда по цене меховым кунам, тоже бывшим меновыми знаками. Когда серебро вздорожало и гривна кун стала вдвое легче, что должно было случиться с отношением куны к ногате? Меховая ногата сохранила прежнюю цену, а куна металлическая, 1/25 доля новой гривны кун, стала вдвое менее прежней. Вследствие того ногата меховая стала цениться в 2 1/2 новых кун, а не в 1 1/4 как ценилась при прежней гривне кун. Впоследствии, когда и ногата стала металлическим меновым знаком, восстановилось ее прежнее отношение к куне, т. е. ногата стала 1/20 частью гривны кун, равнялась уже 1 1/4 куны.
   РЕЗАНА. Резана не была самым мелким знаком. В Русской Правде упоминается знак еще более мелкий, - "векша". Отношение векши времен Правды к гривне кун определить нельзя; нет ни одного прямого указания на это отношение. Но есть позднейшее указание, идущее из XV столетия. По этому указанию в ногате считалось 30 векошь. Но, может быть, тогда и ногат в гривне кун считалось меньше, чем в XII в. Постепенное падение веса гривны кун, замена гривны кун более крупным меновым знаком - рублем, все это спутало прежние отношения между частями гривны кун. Основываясь на упомянутом известии и принимая отношение гривны кун к ногате, существовавшее в XII в., найдем, что в гривне кун было 600 векошь. В резане по этому расчету было 12 векошь. И векша не самая мелкая единица, хотя нумизматы не думают этого: они смешивают векшу с веверицей, думая, что это одно и то же. Но в древнерусских памятниках есть прямые указания на то, что "веверица" составляла часть "векши", только неизвестно какую. Впрочем, Русская Правда не знает этого мелкого знака и потому можно не приводить этих указаний.
  
  

Категория: Книги | Добавил: Anul_Karapetyan (23.11.2012)
Просмотров: 109 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа