Главная » Книги

Грот Константин Яковлевич - Пушкинский Лицей, Страница 26

Грот Константин Яковлевич - Пушкинский Лицей


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30

, 1820 г. Здесь находим отчасти продолжение статей 1-го No; остальное в том же сатирическом и забавном роде. Акварельные рисунки в обоих NoNo - всего 3 - иллюстрируют разные моменты рассказанных в журнале событий лицейской жизни.
   V. - Журнал "Лицейский Аргус". Три NoNo; издавался в конце 1820-го и начале 1821 г., уже после постигшего Лицей большого пожара. Эпиграф взят из Gresset:
  
   "Aujourd'hui dans le monde on ne connait qu'un crime;
   C'est l'ennui: pour le fuir tous les moyens sont bons"1.
  
   1 Грессе: "Нынче в обществе знают только о преступлениях; это скучно: чтобы этого избежать, все средства хороши" (франц.)
  
   На заголовке 1-го No виньетка, изображающая Аргуса.
   No 1. - Декабря 25, 1820 г. По разнообразному содержанию этот журнал довольно сходен с предыдущим. Самая замечательная статья его (помещаемая ниже) это - "Взгляд на состояние любезного отечества", где изображается трудное положение директора (т. е. Энгельгардта), в виду сказывающихся новых, противных ему тенденций высшего начальства - в смысле более сурового, стеснительного полувоенного режима, - и с явным к Энгельгардту сочувствием выражаются опасения относительно будущего.
   К этому No журнала приложена также акварельная иллюстрация.
   No 2. - Вышел 8 февраля 1821 г. В нем, кроме обычных отделов прозы, стихов, внутренних известий etc., помещена тоже любопытная статья "Обозрение наших журналов", ниже приводимая.
   No 3.- 15 марта, 1821 г. В нем, между прочим, находим пространный "Ответ на критику", появившуюся в другом журнале, в No 1 "Питомец Фантазии", который до нас не дошел.
   Но наиболее интересной статьей - в историческом отношении - является здесь "Дух нашей истории", которую нельзя поместить ниже целиком.
   VI. Журнал "Питомец Фантазии" дошел только в одном, 2-м No, изданном 8 мая 1821 г., с эпиграфом:
  
   "Ecrive qui voudra, chacun à ce métier
   Peut perdre impunément de l'encre et du papier"1.
  
   1 Пиши кто хочет, каждый может безнаказанно тратить на это дело чернила и бумагу (франц.)
  
   Здесь, между прочим, помещен длиннейший "Ответ на антикритику" (в "Лиц. Аргусе") и довольно большой отдел "Стихотворений", заканчивающийся эпиграммой:
  
   Известный лжец Дамет
      Весь уверяет свет,
   Что будто бы жена Глупона за нос водит.
   Меж тем, как без него пять лет как он уж ходит.
  
   Внизу и сбоку карандашом приписано следующее:
  
   "Г-н Васьков - творец сих стихов. Вопрос: он каков?"
   "Я Васькова прочел
   И сердцем сокрушился,
   Зачем он азбуке учился".
  
   VII. Последний по времени сохранившийся журнал "Муза возобновленного Лицея" - один No 1, от 15 ноября 1821 г. с виньеткой, изображающей возрождающегося из пепла Феникса.
   Эпиграф следующий:
  
   "Le délire même d'un citoyen qui rêve au bonheur
   de sa patrie a quelque chose de respectable".
                         Guibert.1
  
   1 Даже бред гражданина, мечтающего о счастье своей родины, некоторым образом внушителен. Гибер (франц.)
  
   Любопытно "Письмо от Издателя":
   "Изгнанные жестокою судьбою из стен Лицея {После пожара.}, обитатели анрадных (?) предместий его, удрученные грозящею злобою лицемерных фанатиков, - никогда не забывали мы наших пенатов - муз, хотя произведения нашей литературы и не носили тогда на себе отпечатка той веселости, которая была прежде постоянно отличительным характером нашей словесности. Негодование одушевляло нас и перо неохотно повиновалось выражению других слабейших чувств. Обстоятельства переменились, политический горизонт наш прояснился, мы снова наслаждаемся всеми удобствами жизни в возобновленном Лицее; необходимые наши нужды удовлетворены без наших забот - нам предстоит удовлетворение потребностей души, которая жаждет просветиться, и, разливая вокруг себя свет истины и познаний, приносить пользу. Но Муза Возобновленного Лицея, которой эмблема Феникс, возрождающийся из пепла, не будет говорить языком "Лицейского Мома" или подобных ему периодических изданий. Время изменило сей язык, приличный только первым годам юности. Наша муза будет говорить смелым языком правды, будет с сожалением описывать заблуждения граждан, но будет тоже жестоко осмеивать пороки тех людей, которые недостойны важного и почтенного звания просветителей наших умов. Так! Мм. Гг., мы не ищем одобрения публики, льстя ее известным наклонностям; но желаем ей передать в настоящем виде те истины, которые сами живо чувствуем".
   В этом журнале, относящемся уже к 2-му, старшему 3-хлетию лицейского III курса и носящем печать уже большей зрелости, имеется помещаемая ниже интересная для истории Лицея статья "Письмо из города Лицея", с характеристикой лицеистов в целом, в их типических чертах, со всеми их общими похвальными качествами и недостатками. Любопытно, что между первыми - главными и преобладающими отмечаются "любовь и привязанность к отечеству (т. е. к Лицею)" и обусловленное ими чувство товарищества и крепкой взаимной связи. - В этом журнале имеется еще рассказ и хроника лицейская. Есть акварельная иллюстрация, но совсем нет стихотворного отдела.
  
   Помещаем здесь несколько наиболее любопытных, выдержек из журналов.
   No 1 журнала "Весна" начинается таким обращением к читателям:
  

От Издателей

  
   Всегда желая усовершиться в отечественной словесности, надеемся изданием сего журнала увеличить свои познания в оной. Такая цель, кажется, должна заставить каждого из нас стараться быть участником в нашем намерении, исполнение которого будет лучшею наградою для издателей. Ожидаем с нетерпением первых опытов наших сотрудников и впоследствии времени надеемся, что сии, теперь столь маловажные занятия, приносящие нам только удовольствие, со временем доставят нам и пользу.
   Всякий может доставлять свои сочинения издателям, и по рассмотрении их достоинства, они будут помещены в журнал. Но читатели должны вспомнить, что это первый шаг наших упражнений, и разбор оных по справедливости не должен быть слишком строг.
   По соглашению издателей, журнал сей назван "Весною", которая есть живой образец нашей юности и начала наших познаний. Весьма желательно, чтобы товарищи наши приняли сии предложения с такою охотою, какую должно ожидать от юношей, старающихся о своей пользе.

Лицей

1818 года, февраля 17 дня.

  
   В конце журнала имеется такое Объявление;
   "Чтобы не было остановки при издании сего журнала, прочие господа должны стараться своим вспоможением облегчать труды и издержки на оный. Ныне пожертвовал четырьмя листами голландской и полулистом цветной бумаги Анастасий Евстафьевич Жадовский {Воспитанник III-го курса, впоследствии тайный советник, большой хлебосол, у которого одно время происходили лицейские сходки первых выпусков в день 19 октября.}, за что ему весьма благодарны. Имена прочих, которые соблаговолят пожертвовать чем-нибудь, будут с благодарностию вписаны в сей журнал.
   Журнал будет издаваться каждые 2 недели. Особы, желающие читать его, должны адресоваться к одному из издателей. Число нумеров зависит от расположения, с каким публика примет его".
  
   В журн. "Свободные часы" (No 1) находим описание маленького эпизода из жизни лицеистов зимой 1818 г.
  

Потопление

  
   Наступил ноябрь угрюмый; седой иней одевает голые вершины дерев, и светлые пруды покрываются льдом. Наши лицеяне быстро носятся по гладкой поверхности оных, как древние витязи носились на ристалищах своих. Трескучий мороз хладным дыханием румянит ланиты рыцарей; лед гнется и трещит под стопами их. Там быстроногий К-ъ едва касается поверхности озера, всех удивляет смелым поворотом своим и одерживает победу над противниками... Но кто там мелькает между милыми четырьмя братцами. Он приближается, скачет и падает... о, это верно наш веселый остряк: сейчас вылетела из уст его эпиграмма.
   Здесь целый ряд лицеян рука в руку летит стройно - и рассыпается. Но вот любезный сыночек диктатора {Т. е. директора Е. А. Энгельгардта.}, едва окончив трапезу родительскую, с отягченным желудком является на коньках своих, - и спешит соединиться с товарищами. Лед пуще прежнего трещит под бременем легонького М-а {Его звали Максимом (Мах).}. Однако неустрашимый достойный сын диктатора смеется над опасностию и отдаляется от прочих. Он хочет удивить героев своею смелостью, переваливается с боку на бок, и летит на середину тонкого льда. - Берегись, кричат ему. - Пустое, ничего... тут креп... ах,... вдруг слышим -лед сильно треснул, раздался жалобный крик... оборачиваемся, глядим и видим M-a простирающего из глубины дрожащие от холода руки. Что такое, говорим мы друг другу с недоумением. - Но вот проворный К-ъ {Кто-то из товарищей.} вмиг бросается и вытаскивает мокрого перепуганного сына диктатора. Мороз по коже подирает, когда вспомнишь его жалкое положение... вода течет со всех сторон из одеяния М-а. Несчастного провождают в теплое жилище. Несколько чашек к-го чаю согревают М-а, и нежные попечения сохраняют его от простуды - он здоров, избавитель представлен родителю избавленного. Награда первого была нежнейшая благодарность диктатора, а потом вместо лаврового венка - альбом с изображением славного деяния - и с надписью приятною для настоящего - и лестною для будущего: только...
  
   В No 3 журнала "Сотрудники Мома" помещена нижеследующая статья:
  

Черты землеописания владения Малого Лицея

  
   Страны, ныне исключительно Малому Лицею принадлежащие, искони были известны; но не обитаемы. Только в прошедшем столетии граждане Мало-Лицейские туда проникнули. Они нашли землю мало обработанною, но способною вознаграждать труды земледельца. Старанием правительства земли сии были обведены стеною, разделены поровну между гражданами - и желанным следствием сего было то цветущее состояние сей страны, в котором ныне привлекает она внимание путешественников. - Войдем в некоторые подробности землеописания.
   Положение страны. К северу от владений Малого-Лицея простирается обширная степь Кузминская, отделяемая от них владениями вассалов Императора Царскосельского; обширный парк сего Императора с великолепным дворцом и близ лежащими зданиями - ограничивает наши владения с юга и запада; к востоку они смежны с замками Лицейских вассалов.
   Находятся под 59° С. Ш.
   Воды: а) внешние. Со всех сторон окружены землею.
   в) внутренние. Замечателен колодезь, который находится в роще, посвященной гению места (Genio loci). Попечением правительства сделан над ним красивый навес и для удобности доставления воды весьма искусно построен насос {Это - вероятно тот "Грибок" в лицейском садике, который изображен на акварельном рисунке одного из старых воспитанников. Что касается известного памятника "Genio loci", поставленного у церковной ограды близ Лицея - 1-м курсом - воображаемому "Гению" Лицея - по мысли директора Е. А. Энгельгардта, то о судьбе его см. заметку лицеиста V выпуска И. Р. Фон-дер Ховена "Лицейский памятник с надписью "Genio loci" в "Русск. Стар." 1873 г. Декабрь, стр. 1000-1001. "Роща", о которой здесь речь, - это лицейский садик, который за год перед этим был обнесен красивой оградой по Высочайшему соизволению. См. ст. "Из Лиц. старины" Ал. Р. в "Лиц. журнале", IV (1810-1811) стр. 6-10, где помещена любопытная о том переписка.}.
   Горы, равнины, почва земли и климат. Владения Малого Лицея представляют обширную равнину, покатую к северо-востоку. Почва земли не везде одинакова. На юге, близ самого города, растилается большая песчаная равнина, служащая гражданам местом для гимнастических упражнений. Далее простирается роща, посвященная гению места. Кудрявые ветви берез сей рощи осеняют луга, подобно светлозеленому сукну распростертые - и не приметным скатом понижающиеся к востоку. Сии луга представляют тучные пажити для скотоводства; но так как граждане преимущественно занимаются разведением садов и земледелием, то сия ветвь народной промышленности оставлена без внимания; - и вместо стад рогатого скота, овец и проч. взорам представляются многочисленные стада покоющихся ленивцев. - К северу от сих лугов лежат земли, удобренные и обработанные трудолюбивыми гражданами Малого Лицея. Произведения с избытком вознаграждают труды их. Поразительный пример плодородия представляют смежные земли, по нерадению древних обитателей не обработанные, но производящие сами собою в таком изобилии лебеду, что сим благодетельным растением ежедневно питаются тысячи граждан. Климат умеренный. Ни жары, ни стужи, не превосходят 20° Р.
  

Произведения земли.

  
   Из царства ископаемого. Различные камни глинистой породы находятся в битках, свертках, пирогах, супах и пр. Мел не в большом количестве, но удовлетворяет нуждам граждан. Некоторые из них с особенным искусством употребляют сей продукт для заделывания впадин, отверстий и пр. Без сомнения, могли бы они с таким же успехом заняться защекатуриванием морщин состаревших красавиц. Из металлов замечателен чугун, выламываемый из перил. Олово получается там же.
   2. Из царства прозябаемого. Произведения по сему царству в великом изобилии по причине особенной склонности граждан к садоводству. Но самый важный продукт есть лебеда, о чем прежде было упомянуто.
   3. Из царства животного. Из близ лежащего буфета заходят во владения Малого Лицея насекомые, названные известным Лейб Медиком Иоганном тараканами. Сверх того в изобилии находятся мыши. Из птиц примечательны вороны и галки, коих обширные стаи часто являются на вершинах дерев священной рощи. В летние жары воздух бывает наполнен миллионами зловредных насекомых, лишающих граждан способности спать.
  

Жители.

  
   Число жителей в Малом Лицее простирается до 2.500. Они состоят из двух главных племен:
   1. Славянское племя. Сюда принадлежат Русские и Поляки. Первые составляют владычествующий народ; их числом 16 000. Вторые составляют весьма малую часть народонаселения. Их не более 1000.
   2. Немецкое племя. К нему причисляются собственно Немцы (Лифляндцы), коих считается 7000, и Французы, коих числом 1000.
   Вера. Русские исповедуют веру отцов своих, не изъявляя к ней большой приверженности; главная причина сего есть легкомыслие. Поляки, Французы последуют католической вере, и с большим усердием. Немцы последуют вере Лютеранской.
   Язык, образование и характер. Господствующий язык есть Российский, употребляемый как в общежитии, так и в публичных лекциях и в судопроизводстве. Язык немецкий употребляется весьма немногими. Просвещение достигло в высших классах народа достаточной степени совершенства и начинает распространяться во всем Малом Лицее. Хотя Малый Лицей может выставить по каждой части познания, художеств и искусств мужа отличных дарований; но вообще обращают особенное внимание на Российскую, Французскую словесности, Историю, также и на Математику (хотя не совершенно самопроизвольно). Довольно справедливо можно сравнить граждан Малого Лицея с ветренными Афинянами. То же легкомыслие, та же склонность к новостям, к насмешкам, пляскам, музыке, пению, поэзии и любви. Те, которые во дни спокойствия кажутся изнеженными, преданными удовольствиям, ненавидящими труды, Сибаритами - с геройскою смелостью Спартанцев принимают удары неприятелей, овладевают укреплениями, огражденными глубокими рвами и не страшатся зимних непогод. Доныне любовь к Отечеству и единодушие были отличительными чертами граждан.
  

Промыслы народные.

  
   Мануфактура. Токарные произведения достигли совершенства; довольно искусно выделывают различные вещи из картона; некоторые из граждан с успехом занимаются столярною работою; есть фабриканты, отлично производящие искусственный холод.
   Торговля.
   Внутренняя маловажна.
   Внешняя. Торговля съестными припасами есть важнейшая и поглощает большую часть доходов граждан.
   Правление. Монархическое неограниченное. Непосредственно управляют делами граждан два консула {Разумеются гувернеры.}, сменяющиеся каждые три месяца. Законодательная власть в руках Императора. Судопроизводство предоставлено консулам, кои в важных случаях относятся к Императору. Несмотря на кроткое и мудрое правление Монарха, личный характер консулов, а еще более дух свободы часто побуждали граждан производить мятежи. - Вообще история наша представляет беспрестанное борение между гражданами и консулами, прекращаемое обыкновенно посредничеством Императора. Внутреннее управление имеет вид республиканский.
  
  

Описание города Малого Лицея.

  
   Государство наше состоит из города Малого Лицея и земель, о коих упомянуто было при описании равнин.
   Город разделяется на две части: на нижнюю и верхнюю (названную так по той причине, что находится на значительном возвышении). Нижняя часть есть обыкновенное местопребывание граждан; состоит из шести кварталов, в средине коих находится обширная площадь. Сии кварталы, начиная с северо-запада, суть следующие:
   1. Квартал учебный, назван сим именем потому, что здесь собираются граждане для публичных лекций. Неоднократно стены сего квартала были безмолвными свидетелями республиканского духа граждан и неоднократно преподающие с трепетом смирялись пред пылкими Лицеянами.
   Здесь же люди зажиточные часто угощают сограждан своих, и тогда бывает в сем квартале большое стечение народа. Постоянное же число жителей простирается от 6000 до 7000, между коими есть люди, отличные своими литературными произведениями.
   2-ой квартал Политический к востоку от учебного. Получил сие название потому, что служит местопребыванием нашего Политика. Сей гражданин, побуждаемый корыстолюбием, под предлогом особенного надзора над некоторами малолетними гражданами, пользовался их имением. Неопытные клиенты, не примечая хитрости, ежедневно стекались беседовать с почтенным патроном, который речь обращал обыкновенно на любимый предмет свой - Политику. Тогда квартал сей был населеннейшим. В нем считалось до 10.000 жителей. Но обман не долго скрывался от проницательных глаз людей опытных; вскоре они открыли, что сей демагог стремился к верховной власти - посему, соединившись, вооружились против него, изобличили его хитрости; разуверенные клиенты оставили его и требовали их имения. - Политик не был в состоянии заплатить и старался умягчить жестокие их требования. Но тем не менее кредит его был потерян и виновная связь с консулом Пигмеем еще более утвердила нелюбовь граждан к нему, так что ныне всеми оставленный, он проводит жизнь уединенно в том самом доме, где некогда, окруженный многочиленными толпами покорных клиентов, он жил великолепно. Ныне в сем квартале только 3.000 жителей и ни один из них не признает власти Политика.
   За сим кварталом следует площадь - место гимнастических упражнений граждан и место публичных празднеств их. Чтоб дать яснейшее об ней понятие, скажем, что она то же для Лицеян, что некогда Вадимова площадь для Новгородцев. Здесь неукротимый консул Ф... часто рассуждает с гражданами о делах касающихся до всего государства, и здесь громкий их смех дает почувствовать, что речь его нелепа; но тщетно: ни мало не смущаясь, он всегда продолжает свои рассуждения, и углы площади ознаменованы постыдною казнью дерзавших противоречить ему. Сколько воспоминаний для истинного Патриота при виде ее! - К югозападной ее части примыкает:
   3-й квартал Музыкальный. Здесь находится Филармоническая зала, и любители музыки часто здесь пленяют пением своим Лицеян. Иногда же
  
   Шумным хором
   Всем собором
  
   граждане воспевают национальные песни их, при гласе коих они забывают свои горести, заботы и несогласия.
   4-й квартал Токарный. Получил название от огромной токарной машины, где с особенным искусством выделываются различные полезные вещи. Сей же квартал есть вместе и гардероб Малого Лицея, и вдоль стен его висят длинные ряды одеяний граждан в таком порядке, что замешательства ни малейшего не бывает. При шуме точимого вещества толпы любопытных зевак стекаются смотреть на работу; и тогда сей квартал бывает весьма многолюден.
   5-й квартал Католический. Есть жилище Французов и Поляков, последующих сей религии. Обитают в нем также и Русские, но число их не большое. Французы деятельно занимаются науками, и хотя имеют особенную склонность к Математике, но тем не менее обращают внимание и на другие части; подле Франкера часто случается видеть Виланда; возле описания путешествий, собранных Кампе, - Расина, подле Гиббона Жуковского и подле Корнелия Непота - Библию. Поляки особенно занимаются Ботаникою и Историею.
   6-й квартал Пиитический или стихотворный. Здесь 4.000 жителей; большая часть поэты, хотя не все отличные, но все люди довольно образованные. Должно заметить, что они первые способствовали к унижению власти Политика и более всего воспрепятствовали ему снова восстановить ее. В первой половине нынешнего столетия был здесь всеобщий сейм, на котором присутствовали все граждане, исключая Политика и некоторых жителей отдаленного учебного квартала. Следствия его оказались довольно важными. Здесь же находится типография, где печатаются периодические издания наши, и здесь собираются все граждане при публичном чтении их.
   Описав каждый квартал порознь, скажем несколько слов вообще о нижней части Малого Лицея. Хотя правительство весьма печется о соблюдении чистоты, при всем том не везде ее соблюдают. Освещение посредственное, но горючие материалы оставляют по себе весьма неприятный запах, который часто еще более усиливается по причине разных физических опытов, производимых при горении.
   Верхняя часть Лицея разделяется на четыре квартала. Хотя сии кварталы еще в прошедшем столетии были описаны искусным пером одного из лучших наших прозаиков; но при всем том вторичное описание не будет излишним, ибо - tempora mutantur et nos in illis mutamur - времена переменяются а с ними переменяется и все прочее.
   1-й квартал Западный. Лежит на западе Лицейских владений. Некогда садоводство было здесь в самом цветущем состоянии; но ныне склонность граждан к сему искусству значительно уменьшилась. В сем квартале находится замок, служащий местопребыванием консулам во дни их начальства. В историческом отношении замечателен он по случаю ночного прения граждан с консулом Ф... Имеет 6000 жит.
   2-й квартал Литературный, в коем столько же жителей, как в предыдущем; большая часть из них известны по своим литературным произведениям. Остальные же весьма ограниченных познаний; замечательны только по искусству клеить картоны и делать калейдоскопы. Впрочем, почти все они люди хорошей нравственности.
   3-й квартал Певческий. Представляет большое разнообразие в рассуждении образованности и характера. Самый населенный; в нем 3.000 жителей. Часы отдохновения жители сего квартала посвящают пению и музыке. Самые великолепные домы Малого Лицея находятся в сем квартале, и роскошные пиршества происходят здесь чаще, нежели во всех других.
   4-й квартал Немецкий. Весь заселен немцами, коих считается в нем не более 4.000; впрочем, и в сем квартале Российский язык есть господствующий. Почти никогда не бывает в нем большого стечения граждан, ибо не весь квартал принадлежит Малому Лицею, а часть его заселена древними обитателями.
  
   Из журнала "Лицейский Аргус", No 1 (25 декабря 1820 года).
  

Взгляд на состояние любезного отечества

  
   Внутренние смятения и долгие распри между народом и консулами, колебавшие более году наше отечество, наконец прекратились и уступили место всеобщему спокойствию и мирной деятельности. Власть - прежде столь страшная - консулов совершенно унизилась, хотя число их удвоилось: только один из них любим и уважаем большею частью граждан {Конечно здесь разумеется гувернер С. Г. Чириков.}; к другим они очень равнодушны, ибо не имеют причины ни любить их, ни опасаться. Множество прав, присвоенных народом законным или незаконным образом, уступлены им с большим или меньшим ограничением, но от многих также требований они принуждены были отказаться.
   Впрочем и среди всеобщего спокойствия происходят часто небольшие неудовольствия между гражданами и нынешним начальником их, который против воли своей принужден ограничивать свободу Лицеян. Против воли своей: ибо верховное правительство ограничивает власть, - правительство, которое ныне заражено ужасным духом нетерпимости и где властвуют неограниченно набожные лицемеры {Конечно, разумеется министр кн. А. Н. Голицын со своими приспешниками.}, враги нашего начальника и следственно враги Лицеян, - люди низкие и коварные, которые, прикрывая виды свои личиною Божественности, грозят уничтожить свободу мыслей, и объявляя личных врагов своих врагами религии (а быть врагом религии по их мнению значит не соблюдать суеверных обрядов их), находят удобное средство погубить их и делать зло ужасное, не подвергаясь опасности потерять доброе имя в свете, где надобна только наружность добродетели. И чтобы лучше успеть в злобных своих намерениях, чтобы лучше вредить нам, они стараются вводить в нашем отечестве разные новости, совершенно несообразные с духом Лицеян, в твердой надежде, что они не будут точно исполнять их, и подадут им способ обвинить их в своевольстве и вольнодумстве. - Сии низкие люди тайно окружают нас своими верными агентами, которые, будучи прельщены их золотом или обещанием вечного блаженства, - доносят почтенным членам библейского общества о всех наших и нашего начальника поступках; а святые отцы, зная все у нас происходящее, умеют все толковать в худую сторону, и под видом ревности к религии чернят нас самыми неблестящими красками: ибо твердо уверены, что худая слава заведения падет на начальника, которого они ненавидят.
   В таком-то отношении находятся Лицеяне с верховным правительством. Из сего ясно можно видеть, почему начальник их часто старается ограничить свободу их: он не желает подать способа врагам своим обвинять его в излишней снисходительности, в слабости и малом почтении к религии. Впрочем он ревностно покровительствует свободе мыслей, свободной цензуре, наукам, художествам и вообще просвещению. Лицеяне умеют ценить сего человека; все уважают его дарования, и многие его праводушие; любят его и чувствуют кротость его правления; они наслаждаются им с беспечностью и только сквозь пальцы глядят на будущность; только редко думают о том, что их ожидает, ежели враги восторжествуют, ежели начальника сменят... и вместо его дадут нового, который без сомнения будет слепое орудие бедных мистиков, - мистиков, которые столько ненавистны всякому Лицеянину... Эта мысль редко приходит в голову народу, - но тем сильнее действует на его воображение; с ужасом видят они приближение грозной тучи невежества и суеверия, готовой обрушиться на них вместе с новым начальником; с ужасом и негодованием смотрят они друг на друга и спрашивают друг друга: неужели возвратились средние времена?...
   Но возвратимся к их беспечности. Они беспрестанно занимаются настоящим, ищут рассеяния, и пользуясь своим богатством веселятся на пиршествах, на горах и на гульбищах, - и часто - хотя любят свое отечество, - скучают уединением, на которое они осуждены в стенах своего города. - Зато у них цветут науки и художества, - следствие таковой тихой и трудолюбивой жизни. Все почти отрасли наук находят у них страстных любителей. Есть историки, что граждане увидят, когда выйдет несколько номеров сего журнала; есть философы, химики - в чем удостоверяются ежедневным опытом; есть политики, которые удивляют всех своими обширными планами и проницательностью; есть люди опытные в военной и гражданской службе (хотя ни те, ни другие не знают хорошенько, в чем состоит их служба), которые не менее поражают граждан своими основательными суждениями, остроумными мыслями и страстью спорить; - одного только недостает: поэтов. - Напрасно Педант с накладкой ищет их меж нашими рядами: напрасно взоры его останавливаются на некоторых: унылое безмолвие всегда служило ему ясным ответом.
   Заметим еще, что Лицеяне живут между собою в братском согласии; только между некоторыми из них продолжаются к несчастью старинные ссоры, иногда же происходят поединки. - Все это не мешает им стремиться к одной цели. Все они одинаково любят свое отечество и желают его пользы: увеличить его славу и быть достойным его сыном - есть искреннее желание всякого доброго Лицеянина.
  
   Во 2-м No "Лицейского Аргуса" помещена следующая статья, обозревающая первые журналы III-го курса (в младшем трехлетии).
  
  

Обозрение наших журналов

  
   Первый журнал вышел у нас в конце 1817 года, но гораздо позже сделался известен публике. Ежели судить беспристрастно, то надобно признаться, что сим началом словесности нашей мы во многом обязаны своим образованным соседям. Говоря словами историка Оххота, мы тогда были еще в младенчестве и хотя просвещение некоторым образом бросало на нас благодетельные лучи свои, но сии лучи не могли вдруг рассеять тьмы заблуждений и предрассудков, который принесли мы с собою из унылых степей Софии. Еще понятия наши не были развиты, еще не было общего духа, который (по крайней мере как говорят) теперь соединяет нас в одно целое, неразрывное, - еще граждане не занимались ревностно науками, изящными искусствами и проч..., не было ни поэтов, ни библиотек, ни минералогических кабинетов; впрочем, видно было некоторое желание усозершиться, желание заслужить имя просвещенного народа - и надобно было только одного человека, который бы умными советами дал лучшее направление доброй воли их. - Сей человек нашелся в особе одного из образованных соседей наших. Ободряя везде науки и художества, он был почтен от них именем Мецената, - и скоро мы увидели, сколько человек сей оного был достоин. Он явился в нашем городе, приобрел доверенность некоторых граждан и своими советами, силою своего красноречия - убедил нас предпринять великое дело... издавать журнал еженедельный или ежемесячный. Его велеречие так сильно на нас подействовало, что триумвиры, не теряя ни минуты, принялись за дело, учредили свою типографию и собрали конференцию, чтобы рассуждать о названии будущего журнала. Уселись, наморщили лбы, думали, думали, спорили, - наконец один из них, вдохновенный каким-то божеством, воскликнул с восторгом: есть название - "Весна" и привел то самое доказательство, которое читатель найдет на второй страничке сего журнала, в письме от Издателей. Скоро первый нумер был почти весь наполнен прозою; но стихов! увы!.. не являлось. Напрасно увещевали они друг друга писать стихи... никто не был столь дерзок; наконец (спустя месяц), какой-то великодушный поэт, из числа самих же издателей, решил их недоумение, и журнал явился; а через 2 месяца вышел и другой No оного. Читатель, не брани меня, ежели слишком долго занимал тебя происхождением журнала нашего; в награждение обещаю разбор его сделать гораздо кратче: одно извиняет другое.
   Скажем вообще, что "Весна" отзывается духом своего времени: не видно еще большого знания в словесности, правильного вкуса, счастливого выбора предметов, и слога приятного, занимательного. В Утре и Прогулке находим почти одно и то же под разными названиями и описанное различными авторами; в Мартышке видим неудачный перевод; стихи Могила друга были читаны с большим одобрением, может быть более по своей новости, нежели по достоинству; - теперь они показались бы очень обыкновенными, хотя впрочем есть мысли хорошие и стихосложение верное.
   Во 2-м No заслуживает внимания повесть Зюлимей, довольно занимательная и написанная довольно приятным и везде ровным слогом, который превосходит слог прочих прозаических сочинений сего журнала; стихи Ночь в Новгороде были приняты с рукоплесканием и кажется обязаны тем необразованному вкусу тогдашних Лицеян и ужасной длине своей, которая всех приводила в изумление и заменяла недостаток красоты. - Видно, однакож, что поэт писал и чувствовал - есть местами стихи удачные и даже целые строфы: так например, последняя и некоторые другие; но вообще мысли набросаны без всякой между собою связи, - часто одно и то же повторяется несколько раз другими только словами, - и по сей одной причине половину из них можно выбросить. - Сей No заключился небольшим прозаическим сочинением (Усыпление), которым начинается тот длинный ряд сатир и насмешек на Консулов, которыми были наполнены все наши журналы.
   На следующий лицейский год (т. е. последнюю половину 1818 и первую 1819 гг.) издаваем был журнал под названием "Свободных часов" теми же самыми издателями, которые трудились над "Весною", но которые сделались уже гораздо опытнее; - один только из них, не успев покрыть себя лаврами, оставил поприще словесности; новый автор (Катон) заступил его место и был великим приобретением для нашего журнала, как по своим дарованиям, так и по трудолюбию.
   В Свободных Часах видно более вкуса, более знания, более чистоты и приятности слога, более занимательности, - нежели в предыдущем журнале. Есть однако ж пьесы, которые напоминают времена Обезьяны и Прогулок. Стихи заслуживают особенное внимание: известный баснописец наш помещал здесь часто произведения своей музы, и некоторые из басней его (как то: Ворона и Лисица, Овца и Собака, Желудок и Члены) имеют много достоинства: рассказ довольно жив и развязен; слог басенный, - но есть ошибки против языка и стихи, которые читать очень трудно. Романы и Эпиграммы не слишком удачны. - Прочие стихотворения, как то: Исповедь, Плач на могиле супруги и отчасти Послание к Эрасту были довольно одобрены публикою и не без причины. В первых есть забавные мысли, счастливые выражения, характеры Ф...я и Мотягина представлены верно; стихи довольно легкие, - но виден еще неопытный поэт, который, стараясь, писал еще дрожащею рукой. В Плаче на могиле супруги есть пиитические описания, воображение; но стихи довольно растянуты и неровны! - Между прозаическими сочинениями замечательны: Нечто о жителях Лицея, Окрестности Турина, Пробуждение, Наш опекун, Неожиданное нападение, повесть Великодушные друзья и некоторые отрывки, помещаемые в Смеси. В них виден талант, плодовитость, - в некоторых плавность и легкость; в других недостаток последних качеств, но в замену живые, забавные мысли, разнообразие; в повести О великодушных друзьях найдем много чувства и поэзии.
   Вообще в Свободных часах более шуточного и веселого, нежели важного и рассудительного; более насмешек и сатир, нежели истинного и поучительного рода, и к несчастью жертвою сих насмешек были большею частью свои же товарищи. Несмотря на то журнал сей далеко подвинул нас к отечественной словесности и служил к развитию талантов юных и неопытных Лицеян.
  
   Из журнала "Лицейский Аргус" No 3 (15 марта 1821г.):
  
  

Дух нашей истории.

  
   Историю нашу, кажется мне, очень удобно разделить на 6 периодов по особенному, отличительному характеру и духу времени, который каждый из них в себе заключает.
   1-й период, заключающий в себе первый год пребывания нашего в Малом Лицее, можно назвать Софийским, ибо времена сии слишком отзываются духом обитателей Софии {Т. е. Лицейского Благородного Пансиона.}. Подобно им Лицеяне в сие время не представляли ничего общего в характере своем, т. е. не было общего мнения (l'opinion publique), с которым бы всякий соображал свои поступки, не было общей цели, общих любимых разговоров, одним словом не было общего духа. Всякий жил сам по себе, и от того мы терпели много невзгод и притеснений, от которых нас избавило бы тесное соединение между собою. Видно было какое-то детство, ребячество, которое примечаем только в одном или двух из наших граждан и которое есть несомненно следствие недостатка образования. Оттого примечали большое разнообразие в характерах Лицеян: ибо, как говорит Карамзин, "просвещение сближает свойства народов и людей, равняя их как древа в саду регулярном". Впрочем и народ необразованный заключает в членах своих некоторое, хотя малое, сходство. Так напр. и у нас есть некоторые общие увеселения, даже изредка общие разговоры. Шашки, воланы, ловля рыбы, собирание ягод, разведение цветов, некоторые книги, как то: Modèle des jeunes gens, {Пример молодым людям (франц.)} Анекдоты и Друг детей и проч. были обыкновенными занятиями Лицеян. Они часто приходили в восторг, когда Фотий {Гувернер Ф. П. Калинин.} с ласковым видом предлагал итти на загон играть в лапту, или в зверинец - играть в прятки, или к обитателям Софии - плясать и слушать музыку и проч. Часто, когда один из них подвергался суду консулов, - они приходили в смятение и уныние, - тихонько роптали, но не смели еще противиться - и покорялись. Все были очень набожны, сохраняли строго обряды греческой церкви и ужасались о нарушении оных обитателями Софии. - Сначала жили дружно с консулами, любили играть с ними и часто разрывали консульскую одежду Фотия, который прощал им великодушно. Диктатор {Т. е. директор (Е. А. Энгельгардт).} был всеми любим и уважаем, - он входил часто в наши занятия и помогал прилежным. В конце сего года дружелюбная связь с консулами понемногу разрывалась; - по прежде открытой с ними брани, начали граждане тихонько и издали над ними смеяться. - В сие время уже замечена страсть Лицеян к насмешкам и шуткам. Это доказывает журнал, который тогда издавали под именем "Весны", где осмелились дурачить Фотия. Но сей самый журнал доказывает худое наше согласие в то время и худую доверенность друг к другу, ибо "Весна" читана была немногим.
   2-ой период заключает в себе первую треть второго года. Его можно назвать любовным: почти все влюблены - действительно или воображаемо. Это подавало много пищи некоторым страстным охотникам смеяться. Гражданин Катон, Мотягин и многие другие играли здесь главную роль. В сие время дух народный начал образоваться, и общее мнение начало иметь некоторое влияние на поступки каждого. Консула Фотия уже не терпели; - но спорить с ним редко дерзали. Пигмей был очень любим и делал с народом частые утренние путешествия в кружные места, где граждане очень веселились и где некоторые из них делали важные приобретения в цветах и овощах всякого рода.
   3-й период занимает середину и конец второго года. Он может назваться временем острот и поэтов. Любовники были оставлены в покое. Все насмешки на счет их истощились: - надобно было что-нибудь новое, и на нашей сцене явились в самом деле совершенно новые существа, известные под именем остряков; они целый день и ночью даже осыпали нас остротами, разного рода эпиграммами, каламбурами, эпитафиями; их было так много, что они всегда заставляли молчать людей благоразумных. - Во всех кварталах, на площади, на улицах, на гульбищах раздавались голоса остряков и торжественные клики их обожателей. Некоторые люди образованные, любители всего хорошего и изящного, решились сделать бессмертными творения острых умов наших, и собрали изустные стихотворения их в одну книгу, которую и теперь хранят как прекрасный памятник прежнего образования, который служит упреком нынешнего невежества и варварства. Тогда многие Лицеяне, ободренные сим поступком и желая, подобно им, увенчать себя парнасскими лаврами, сделались ревностными последователями нашего Тредьяковского и Урбана. Всякую неделю являлся новый питомец Аполлона, превосходивший своих предшественников и удивлявший гением своим веселую публику. Посреди сих важных литературных занятий происходили частные, но не жаркие и не дерзкие споры с консулами; спокойствие было восстановляемо, и часто на долгое время. Граждане действовали общими силами, но без большой ревности и без упорства.
   4-й период заключает в себе все остальное время до славного пожара {В 1820 г. (летом).} и может назваться эпохою просвещения и броней. В конце прошедшего периода случилось знаменитое происшествие (игра в мячики), которое имело весьма важные последствия. Умы народа воспламенились ненавистью против Пигмея и Фотия - и сия ненависть обнаружилась в долгих, междоусобных битвах, которые продолжались между ими и консулами в течение всего периода. Остряки все еще не умолкали, но число обожателей их уменьшилось. Многие из них очень искусно умели подражать карикатурным телодвижениям Фотия и в каждой комнате можно было найти подобных живых портретов консула, забавляющих товарищей, которые никак не могли насытиться сими зрелищами, всякий день наслаждались ими и всякий день громче смеялись. Граждане показывали большое упорство, твердость и единодушие в бранях с консулами; часто падали, но восставали с большею силою и с большею опасностью для неприятелей, которые хотя не были побеждаемы, но часто принуждены были оставить свои злобные покушения на свободу нашу. Журналы в сие время издаваемые, особливо "Беседа в Пиитическом квартале" служат тому верным доказательством. Образованность делала в сие время быстрые между нами успехи и служила к тесному соединению всех граждан Малого Лицея. С сей стороны и междоусобия были для них весьма благодетельны: ибо доказано, что величие народного характера наиболее там видимо, где народ сей окружен опасностями, трудностями и угрожается близкою гибелью.
   5-й период заключает в себе пространство времени от пожара до нынешней зимы и может назваться революционным. В начале весны споры с консулами начали утихать понемногу, - все приходило в спокойствие. Но наступило время ужасное: - пламя истребило жилище Лицеян - и все пришло в волнение. Беспорядок и неустройство, причиненные пожаром, сделали то, что многие прежние узаконения и обязанности были некоторое время не исполняемы гражданами; они невинно воспользовались обстоятельствами, чтобы увеличить свобо

Другие авторы
  • Челищев Петр Иванович
  • Тургенев Иван Сергеевич
  • Хвольсон Анна Борисовна
  • Ухтомский Эспер Эсперович
  • Энгельмейер Александр Климентович
  • Вольтер
  • Терещенко Александр Власьевич
  • Кузмин Михаил Алексеевич
  • Менделеева Анна Ивановна
  • Балтрушайтис Юргис Казимирович
  • Другие произведения
  • Козырев Михаил Яковлевич - Морозные дни
  • Филимонов Владимир Сергеевич - Надгробная песнь Державину
  • Федоров Николай Федорович - Нравственность - не барство и не рабство, а родство
  • Боборыкин Петр Дмитриевич - Творец "Обломова"
  • Соловьев Владимир Сергеевич - Словесность или истина?
  • Амфитеатров Александр Валентинович - А. И. Рейтблат. Фельетонист в роли мемуариста
  • Андреев Леонид Николаевич - Сын человеческий
  • Гиппиус Зинаида Николаевна - Зеленое кольцо
  • Ходасевич Владислав Фелицианович - Некрополь
  • Слепцов Василий Алексеевич - Н. Якушин. "Крупный, оригинальный талант"
  • Категория: Книги | Добавил: Anul_Karapetyan (23.11.2012)
    Просмотров: 402 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа